Эйзенхауэр переложил снимок в сторону и с интересом взял следующий. Качество снимков по тем временам было отличное.
— Вы считаете, русские перехватчики самолёт не атаковали? — спросил Айк. — Может быть, они пытались, но не достали? А ваш пилот их просто не видел?
— Это маловероятно, господин президент, — ответил Даллес. — U-2 оборудован перископом нижнего обзора, и все, что происходит внизу, пилот видит очень хорошо.
— Ну, допустим, — президент внимательно изучал в лупу аэрофотоснимок Кронштадта.
Внезапно что-то привлекло его внимание. Эйзенхауэр пригнулся, разглядывая детали, затем вдруг побагровел и спросил:
— А это что такое, господин Даллес?
— Э-э… Разрешите, господин президент? — Даллес взял у Айка лупу и пригляделся. — По-моему, это солдаты на плацу. Или матросы…
— Я вижу, что это матросы, господин Даллес! — взвился Эйзенхауэр. — Вы что, читать не умеете?!
Строй матросов на снимке явственно складывался в хорошо читающуюся надпись: «FUCK OFF».
— Э-э… Господин президент… Матросы, солдаты, они часто так развлекаются… Встанут, а кто-нибудь из окна снимает…
— С некоторых пор, господин Даллес, при общении с вами у меня возникает ощущение, что я возглавляю нацию тупоголовых идиотов, — устало заметил Эйзенхауэр. — Позвольте вам заметить, что это русские матросы.
— Разумеется, русские, господин президент…
— Господин Даллес, русские матросы, фотографируясь на плацу из окна, встали бы так, чтобы получилось русское слово! Как там его… — президент заглянул в записную книжку. — Например, «Х#Й». Вот, посмотрите, как это пишется по-русски, господин директор Центрального Разведывательного Управления! А если они встали так, чтобы получилась надпись на английском, логично предположить, что тот, кто будет рассматривать снимки, читает по-английски! Как вы думаете, много ли американцев фотографируют русских матросов из окна казармы в Кронштадте?
— Вы хотите сказать, господин президент… — промямлил Даллес.
— Я хочу сказать, что вас провели, как идиота! — рявкнул Айк. — Вы думали, что ваш самолёт русские не видят? Так вот, они его прекрасно видели, знали его маршрут и отлично подготовились! Вывести солдат на плац можно и по тревоге, а вот научить их вставать, чтобы получилась читаемая надпись на английском — тут тренировка нужна!
Эйзенхауэр начал снова перебирать снимки всего маршрута U-2.
— Ага! Ну-ка, господин Даллес, что тут написано?
Директор ЦРУ взял лупу и присмотрелся. Строй солдат на другом снимке явственно складывался в надпись: «Dulles — idiot.»
— А здесь прямо-таки целое послание, — сказал президент, изучая очередной снимок. — Похоже, написано краской на плоской железной крыше. Вот, полюбуйтесь.
Надпись на крыше гласила: «Mr. President, Allan Dulles — idiot, fire him.»
— Русские мне прямо советуют вас уволить! — рявкнул президент. — И даже подсказывают, за что именно! Может, мне так и поступить? Где сейчас ваш хвалёный самолёт?
— Сегодня он должен был лететь фотографировать Москву… С учётом разницы во времени он уже должен был вернуться, — пробормотал Даллес.
Эйзенхауэр сунул ему в руки телефонную трубку.
— Звоните в Висбаден!
Директор ЦРУ набрал номер. Через несколько десятков секунд томительного ожидания он произнёс:
— Это Даллес. Где самолёт?
Выслушал ответ и сказал:
— Самолёт еще не приземлился, господин президент. Разрешите отбыть в Лэнгли для руководства операцией?
— Разрешаю, — буркнул Эйзенхауэр.
Как только Даллес покинул кабинет, президент поднял трубку телефона и попросил соединить его с базой в Висбадене.
Услышав ответ дежурного офицера, он произнёс:
— Говорит Главнокомандующий. Да. Президент Соединённых Штатов. Приказываю: Немедленно прекратить полёты разведывательных самолётов отряда «А» над территорией России и Восточного блока до особого распоряжения.
Второй полёт был назначен на утро 5 июля. U-2 взлетел задолго до того, как Эйзенхауэр позвонил и запретил полёты. В момент его взлёта в США был ещё поздний вечер 4 июля.
Пилот Кармине Вито (Carmine Vito) вёл самолёт согласно инструкции на высоте 65000 футов. В 8.54 по Московскому времени он вошёл в воздушное пространство СССР со стороны Польши в районе Бреста. Радиолокаторы засекли его в 7.41, ещё над Польшей. Дальше он пошёл на Минск, затем, через Смоленск, на Москву. Поскольку самолёт шёл слишком высоко, смоленские берёзы в этот раз оказались бессильны.:)