Простояв так с закрытыми глазами минут пять, я осторожно приоткрыла их и выглянула из-за угла на улочку. Там по-прежнему было много народу, но ни красавца, ни волшебника в бордовой мантии в поле видимости уже не было.
«Фуф, ушёл…» — облегчённо выдохнула я, подумав, что лучше сейчас же пойти домой и не высовываться на улицу, а потом повернулась, посмотрела перед собой, и моё сердце, сделав последний удар, остановилось.
— От кого-то прячешься, Кейт? — насмешливо поинтересовался Том, скрестив руки на груди и оценивающе осмотрев меня с головы до ног, а я от потрясения даже слова сказать не могла. Дар речи вернулся ко мне не сразу, через несколько минут, и спустя это время я выдохнула:
— Да так… одного знакомого увидела… с кем очень не хотелось бы встречаться…
— Хорошо, что этот знакомый не я, да? — задорно рассмеялся Том, а я нервно улыбнулась в ответ, догадавшись о его иронии. — Надо же, ты потрясающе выглядишь! Восхитительное платье… ты как всегда в своём репертуаре, великолепно!
Уловив ещё один намёк о цвете платья, я уже чуть более уверенно улыбнулась и сказала:
— Спасибо, мне приятно это слышать. Как прошла твоя… поездка?
— Замечательно, Кейт, — зацепившись за тему разговора, оживлённо воскликнул он, а я заставляла диафрагму работать, чтобы дышать. — Ты даже не представляешь, в скольких странах я побывал и сколько интересного всего видел!
— Ммм, ясно… и даже амулет нашёл?
— Амулет? — задумчиво переспросил Том, словно не понимая смысла моего вопроса, а потом с озарением проговорил: — Ах да, амулет, точно. Нет, Кейт, я его не нашёл. Я путешествовал по Африке и Южной Америке и ещё не успел добраться до Азии и твоей любимой России. Но обязательно доберусь, я приехал в Лондон буквально на два дня, у меня завтра встреча в Албании с одним очень важным человеком… может, поговорим поподробнее где-нибудь в другом месте? Я бы мог столько всего интересного тебе рассказать, Кейт, мы так давно не виделись!
«Только вот я твои рассказы слушать не хочу, — подумала я про себя, постепенно вспоминая, кто же был передо мной. — И видеть тебя не хочу, так что прости…»
И, собрав в кулак всю свою силу воли, я как можно хладнокровнее сказала:
— То есть ты считаешь, что мне в свой день рождения совсем нечем заняться, кроме как слушать о твоих похождениях?
Том, казалось, совсем выпал в осадок от яда в моих словах. А затем растерянно усмехнулся, провёл правой рукой по уложенным волосам и проговорил:
— Точно, вот я кретин, у тебя же сегодня день рождения, совсем из головы выпало. Тогда с меня ещё и подарок, Кейт…
— Точно, с тебя подарок, — как можно шире улыбнулась я, и он снова явно почувствовал себя увереннее, но я чуть подошла к нему и ещё более холодно прошептала: — Сделай милость, исчезни из моей жизни, только не на три года, а навсегда. Самый лучший подарок, поверь мне.
Наверное, именно этого момента я ждала все эти годы. В угольно-чёрных глазах неизменная наглость вдруг сменилась… удивлением, даже ошеломлением, что когда-нибудь мышка-Китти сможет так разговаривать с НИМ. Но мышка-Китти выросла во вполне самостоятельную кошечку, и теперь была её очередь выпускать когти. И кто-то явно был к этому не готов.
Честно, трудно будет передать в этот момент мой триумф, но долго наслаждаться им я благоразумно не стала: передо мной был далеко не сопливый школьник с недостатком фантазии, а вполне опасный хищник, и пока этот хищник не оклемался от нанесённой мной раны, я с гордо поднятой головой отвернулась от него и направилась в самый центр оживлённой улочки. Пока я в неспешном темпе шагала по Косой аллее, у меня было совершенно стойкое ощущение, будто я находилась под прицелом фотокамер. И долго я находиться под ними не собиралась, а поэтому конечной точкой моего маршрута была комнатка в «Гиппогрифе», где я точно была бы в безопасности.
— Уже нагулялась? Так рано? — удивился Морган, заметив меня на пороге полностью заполненного в обеденное время зала. Я же попыталась изобразить прежнюю улыбку, и следом за моей гримасой последовал вполне логичный вопрос: — Кейт, с тобой всё в порядке?
— В полном, — сглотнув, ответила я, четырьмя шагами преодолев расстояние до лестницы, ведущей наверх, и помчалась по этой лестнице, бросив: — Я немного устала после магазинов, хочу отдохнуть в своей комнате…
Морган крикнул мне что-то вдогонку, но я его не расслышала, потому что в этот момент взлетела до третьего этажа, рывком распахнула дверь в свою комнату и, не глядя внутрь, захлопнула с другой стороны, закрыла глаза и прокричала:
— Ненавижу! — попутно ударив кулаком ни в чём не виновную дверь. Но от такого всплеска гнева мне стало чуть легче, поэтому я ещё пару раз стукнула кулаком по двери, выговаривая: — Гад! Мразь! Сволочь! Кретин! Ненавижу! Ненавижу тебя!