— Я не дурочка, — выдохнула я, немного возмутившись такому обращению, но больше во мне, конечно, сейчас было удивления, что все мои близкие друзья в такой непростой период не отвернулись от меня, а наоборот предлагали помощь, кто что мог.
— Дурочка, дурочка, — с улыбкой проворчал Морган, чуть качнув колыбельку. — Маленькая дурочка, которая считает, что у неё куча лишних денег и она справится со всем одна… не справится! Но ничего, воспитаем! И не такое в жизни бывает, что уж теперь делать?..
«Воспитаем? — ошеломлённо повторила я про себя, начав догадываться о его планах. — Только не говори, что ты…»
— Вот что, Кейт, после своих экзаменов ты никуда не съезжаешь, тебе ясно? — оторвавшись наконец от разглядывания младенца, проговорил Морган, внимательно на меня посмотрев. — Я всё приготовлю для вас, живите сколько хотите, только не убегай неизвестно куда. И няню искать не надо, я уже давно о внуках мечтал, а ты вроде на работу хотела бежать?! Вот и беги на свою работу, а… Тесса, да? Тесса будет в надёжных руках, я это обещаю!
«Господи, какой кошмар… — промелькнуло у меня в голове, как только я представила, что оставляю на старика Моргана беззащитного младенца. — Нет, только не это…»
Но Морган снова испепелял меня взглядом, требуя ответа, так что я неуверенно кивнула:
— Угу… — не в силах сейчас отказать ему после щедрого предложения о помощи.
Он тут же довольно потёр руки, широко улыбнувшись мне, а я фальшиво улыбнулась в ответ, лелея в душе надежду, что это временное помутнение рассудка быстро пройдёт, и он позволит мне найти няню, пока я буду на работе. Кассандра же подняла большие пальцы вверх, искренне радуясь, что мы «помирились» и пришли к компромиссу, а затем повела Моргана прочь из лазарета в свой кабинет, скорее всего, ведь в нём тоже был камин. А я откинулась на подушки и закрыла глаза, пока была такая возможность, а в голове проносилось куча мыслей. Вот вроде и помощи ото всех «близких» достаточно, а вроде и помощь эта может обернуться чем-то нехорошим… но скрип входной двери мигом отвлёк меня от роя мыслей, и я, открыв глаза, недоуменно посмотрела на Дамблдора, осторожно шагавшего к моей кровати.
— Как ты себя чувствуешь, Кейт? — тихо поинтересовался он, присев на стул рядом с колыбелькой, и как все посетители до него с интересом посмотрел на мирно спавшую Тессу.
— Всё хорошо, сэр, — тихо покашляв, ответила я, неотрывно следя за каждой эмоцией, мелькавшей на лице декана Гриффиндора. И действительно, слишком уж он внимательно изучал мою дочь, а в голове, судя по всему, точно роился ворох мыслей.
Вдруг Дамблдор наклонил голову набок и улыбнулся, и я даже приподнялась, чтобы посмотреть, что же его могло так обрадовать.
— Какой подозрительный взгляд, — вполголоса сказал он мне, чуть шире улыбнувшись Тессе, которая, видимо, только проснулась и внимательно смотрела на незнакомца у своей кровати. Вообще, я прекрасно знала, что острота зрения у новорождённых детей очень низкая, она постепенно будет увеличиваться со временем, но в несколько дней от рождения моя дочь точно не могла различать лица, даже моё. И всё же Тесса действительно как будто изучала Дамблдора, а тот, я нисколько не сомневалась в этом, тщательно изучал её. И уже пришёл к определённым выводам. — Какие у неё удивительные глаза! Редко когда я встречал людей с такими… хм… твоих черт почти не угадать, Кейт… наверное, она очень похожа на отца… да?
Дамблдор вдруг поднял на меня проницательный взгляд голубых глаз, а я, сглотнув, вежливо улыбнулась и прохрипела:
— Да, сэр, похожа.
Он довольно-таки долго испытующе смотрел на меня, словно ждал чистосердечного признания, что, мол, да, я добровольно связала свою жизнь с человеком, которого он недолюбливал несколько лет назад, а ещё подозревал в нескольких очень неприятных инцидентах. Но я ни в чём признаваться не собиралась. Структуру ДНК откроют только через четыре года, а уж о тестах на отцовство в сороковые не приходилось и мечтать. Все могут думать что хотят, строить догадки, местами верные, местами нет, но только мои слова могут или опровергнуть их, или подтвердить. И я не собиралась ничего говорить.
— Может, стоит рассказать ему? — спустя целую вечность тихо спросил Дамблдор, а я, собрав всю свою силу воли в кулак, старалась держаться как можно невозмутимее под его просвечивающим взглядом. — Дети — это важное событие в жизни любого человека, и утаивать такое…
— По-моему, я уже говорила вам, что всё, что я хочу от жизни, — это спокойно прожить её, сэр? — ровно ответила я, следя, как бы Тесса не начала кукситься. Дамблдор ничего не ответил на мой вопрос, и я продолжила тихо говорить, чуть приподнявшись в кровати: — Я честно не знаю, где он сейчас и вернётся ли в Лондон. И не хочу знать. Этот… человек… он сделал мне бесценный подарок, и я очень ему благодарна за это, но для всех будет лучше, если наши пути больше не пересекутся. Я надеюсь, что вы сможете понять меня, профессор Дамблдор, и дадите шанс на спокойную жизнь…