— Я очень постараюсь, Кейт, — чуть улыбнувшись моим словам, проговорил он, а в это время Тесса всё же начала показывать своё недовольство, и я встала с кровати, чтобы взять её на руки и выяснить причину этого недовольства. — Что ж, не буду тебя смущать долгим присутствием…
Опять дежурно улыбнувшись, я взяла дочку на руки, а декан Гриффиндора поспешил покинуть лазарет, пока в воздухе не послышался младенческий крик. И я уж подумала, что опять осталась одна, как тут заметила Кассандру, стоявшую за одной из ширм и, видимо, услышавшую разговор меня и Дамблдора. Она терпеливо дождалась, пока я уделю внимание дочке, а когда Тесса затихла у меня на руках, то подошла к нам и тихо спросила:
— Кейт, почему ты не хочешь?..
— Потому что на это есть причины, — резко перебила я её, легко покачивая Тессу на руках. — Я не хочу, и всё. И пожалуйста, не надо больше спрашивать меня об этом, ничего нового я тебе не скажу. Пока что нет…
— Как хочешь, — с каким-то подобием покорности проговорила Кассандра, хотя если хорошо подумать, она могла бы, используя свой авторитет, вывести меня на чистую воду. Только вот в этом случае наши тёплые отношения точно бы разорвались, а эта невероятно мудрая женщина решила не жертвовать ими в угоду никому не нужной истине. Вместо этого она присела на тот стул, на котором до этого сидел Дамблдор, и добавила: — Я обустроила свою комнату, надеюсь, тебе понравится. Мадам Боунс не против того, чтобы ты перебралась туда через два дня, ты уже вроде как пришла в себя, а Тесса хорошо себя чувствует. И Морган передал кое-какие вещи для малышки, да и твои подружки тоже кое-что оставили тебе, так что первое время можно не переживать по этому поводу…
— Спасибо, — искренне поблагодарила я её, только сейчас поняв слова Моргана о том, что я дурочка. Действительно, без посторонней помощи мне было не выплыть, и я была бесконечно благодарна, что эта помощь всё-таки была.
— Получается немного поспать? — с беспокойством спросила Кассандра, вглядевшись в моё лицо, но я и без зеркала догадывалась, что выглядела так себе: сон с частыми перерывами и большая кровопотеря накануне точно сделали своё дело.
Отрицательно покачав головой, я печально улыбнулась и чуть-чуть поправила пелёночку Тессы.
— Тесса не спит дольше трёх часов, даже ночью. Так что…
— Ну ничего, справимся, — в своей неизменной манере тепло улыбнулась мне Кассандра, и от её улыбки на душе стало чуть светлее. — Попытайся отдохнуть, а я ещё загляну к тебе вечером, ладно?
В этот раз моя ответная улыбка была намного более дружелюбной, так что Кассандра довольно посмотрела на нас и пошла прочь, а я выдохнула, что тема с отцовством всё-таки отлипла от меня, и действительно попыталась немного вздремнуть, пока была такая возможность.
* * *
Что ж, спустя оговоренный срок мы с Тессой перебрались в комнату к Кассандре, и начались мои непростые будни в роли молодой мамочки. Конечно, каких-то иллюзий у меня не было, но всё равно трудно заранее подготовить себя к такому, даже морально. С ночным сном я распрощалась ещё четырнадцатого марта, но занятия и подготовку к экзаменам никто не собирался отменять, так что мне стоило больших усилий привести мозги в порядок, привыкнуть к новому режиму, перестроить свой распорядок дня и начать заниматься полезной деятельностью.
Помощь от Кассандры была бесценной. Мало того, что она часто вставала по ночам раньше меня и успокаивала Тессу, так что я даже порой и не просыпалась, так ещё и договорилась с другими преподавателями по поводу моего свободного посещения занятий. А точнее, она договорилась, чтобы профессор Слизнорт, Дамблдор и Флитвик после основных занятий занимались со мной отдельно, пока Кассандра присматривает за Тессой. По Травологии мы с ней и так занимались в любую свободную минуту, а вот с принципиальной Минервой МакГонагалл она договориться не сумела, но я и не была этим расстроена: слушать надменное фырканье скупой на эмоции шотландки мне очень не хотелось. Да и Дамблдор знал Трансфигурацию не хуже МакГонагалл и даже согласился повторить её со мной. И вот уже второй раз мне было стыдно перед ним, потому что этот человек шёл мне навстречу, а я отказывалась «сотрудничать» с ним.