Наверное, на это и был сделан его расчёт: в надежде на то, что зачатки совести пересилят мою гордость. Но вопрос был очень принципиальным, да и я вроде как уже не один раз намекала ему, что к Тёмным искусствам и каким-то нехорошим историям причастна не была, а ребёнок от Тома… я и так почти призналась, что это реально была однодневная встреча, и больше между нами ничего не было и не будет… что он ещё от меня хотел?!
В общем, в постоянном режиме недосыпа и тревоги за дочь как-то незаметно пролетело несколько месяцев, и подкрались экзамены. ЖАБА были немного похожи на аккредитацию, которую я давным-давно сдавала после получения диплома. И эти экзамены чем-то напоминали СОВ, только были на уровень сложнее. Из-за того, что я практически выпала из ученической среды, я понятия не имела, как остальные беспокоились по поводу экзаменов, но меня саму накануне немного потрясывало. Правда, моя подготовка в течение двух лет всё же дала о себе знать, так что на самих экзаменах я проявила себя достойно. Я нисколько не переживала за Зельеварение и Травологию, ведь это были мои «фирменные» предметы, у меня были лёгкие сомнения по поводу высшего балла на Заклинаниях, потому как я чуток в конце перепутала два замораживающих заклинания, но быстро исправилась, по ЗОТИ я показала себя вполне достойно, к своему же удивлению, а вот на Трансфигурации был небольшой косяк, за который, можно было не сомневаться, мне точно скинут баллы на радость МакГонагалл.
Руны я сдавать отказалась в целях экономии сил, но они были факультативным предметом, так что никто ничего мне не сказал. А на Уходе за Магическими существами, который тоже решила сдавать в этом году, я блеснула знаниями и без чудака Кеттлберна, исключительно прочитав два учебника в свободное время ещё в первом триместре. Предмет оказался не таким уж и сложным, каким он казался поначалу. Так что жизнью я была вполне довольна, а в последний день чуть не плакала от счастья, не веря, что я прошла через весь этот кошмар, имея на руках трёхмесячного младенца, и у меня даже были неплохие шансы на так мной желанную карьеру целителя.
Аттестатом нам должны были служить отметки по ЖАБА, которые должны будут прислать в середине августа, так что выпускной состоял из заключительного пира, поздравлений, подведения итогов, распределения кубков Школы и Квиддича и напутственных слов. Пуффендуй за всю мою учёбу только один раз становился победителем, и то по квиддичу, в прошлом году и благодаря стараниям Хьюго, капитана сборной, у которого с Ханной было всё серьёзно. Конечно, не так, как у меня с Томом, но дело плавно шло к предложению руки и сердца в ближайшем будущем, и я была искренне рада за подругу, которая рядом со своим кавалером просто светилась от счастья.
А вот на пир я не пошла. Во-первых, там слишком шумно для Тессы, и она могла раскапризничаться, а далеко не все в школе разделяли мою радость материнства. Я практически с самых родов тщательно избегала людных мест, благо что наша гостиная и спальня Трэвис были рядом с кухней, так что я могла завтракать, обедать и ужинать в одиночестве и подальше от посторонних глаз, а добряки домовики всегда были мне рады, несмотря на обстоятельства. Да и на ежедневных прогулках я старалась уходить подальше, неспешно гуляя вдоль берега Чёрного озера до самой опушки Запретного леса, держа на руках Тессу, которая с каждым месяцем прилично набирала в весе. А во-вторых, мне нужно было собрать вещи, много вещей, и я решила посвятить этому время последнего пира, так как поезд отправлялся через час после него, а собрано было ещё очень-очень мало.
Всю обратную дорогу я ехала в купе с девочками, своими уже бывшими соседками по комнате, которых я не смущала своим присутствием, а они были в восторге от красавицы Тессы и занимали её по очереди всю долгую дорогу до Лондона, ведь эта вредина в пути так и не уснула. Ну и ладно. А когда поезд подъехал к станции, мы со слезами на глазах прощались, потому что каждая выбрала свою профессию, и пересекаться часто нам уже точно не было суждено. Но мы всё равно пообещали писать друг другу, тем более что девочки знали мой постоянный адрес, так что гостей можно было ожидать хотя бы на следующей неделе. И это было замечательно, честно говоря.
Морган, зная, что у меня точно будет много вещей на руках и вдобавок младенец, благородно встретил на платформе 9 и ¾ и помог дотащить всё до нашего дома, в котором явно готовились к прибытию маленького ребёнка. За все эти месяцы его энтузиазм по поводу «няни» для Тессы, судя по всему, только рос, и я с тревогой на сердце всю дорогу думала, как бы мне его посбавить. А только перешагнув через порог «Гиппогрифа», я вдруг облегчённо выдохнула и тихо рассмеялась, не веря, что всё было позади. Насмешки, косые взгляды, перешёптывания, осуждение некоторых преподавателей, моя боязнь публичности после родов, выпускные экзамены… всё это, чёрт возьми, было позади, я всё пережила, и теперь у меня начиналась новая страница в жизни, и я очень надеялась, что она будет получше предыдущей.