В других отделениях проблема идиотов была такой же стабильной. Кто перепутал температуру или экспозицию зелья — котёл взорвался — добро пожаловать на первый этаж. Метла треснула в рукоятке? Так ведь она ещё летает, не новую же покупать, в самом деле! Весело было и на втором этаже… я уж думала, таких чудиков, как Кеттлберн, на свете больше нет… и как же я ошибалась, чёрт возьми! Ожоги от выращивания саламандры в городской квартире, ядовитые нелегальные растения, укусы ядовитых насекомых… нередко поступали волшебники, только что переехавшие в старинные особняки, в которых до этого тоже проживали маги. И те, по наивности своей, решали травить докси сами… и поступали потом на второй этаж с укусами от этих самых докси, потому что, если вовремя не применить противоядие… итог будет плачевным.
Подпольное разведение огнекрабов, из-за которого загорелся целый жилой дом, один случайно наткнулся на нору растопырника и придавил беднягу, чему зверёк был не очень рад… больше всего запомнились, конечно, подпольные тараканьи бега, где вместо насекомых было решено использовать кокатриксов. Я как-то выпытывала у Тома на втором курсе, что это за существа и как с ними бороться, и он тогда сказал, что с этими недоящерицами-недоптицами, обращающих взглядом в камень любого, мне вряд ли повезёт встретиться. И в общем-то, он был прав, ведь разведение кокатриксов было давно запрещено на законодательном уровне. Где эти экстремалы раздобыли их, да не одного, а сразу пять? Загадка похлеще египетских пирамид. Но кокатриксы, ещё детёныши, правда, побежали, бойко побежали, один даже первым прибежал к финишу, и обрадованный хозяин зверушки на радостях подскочил к ней и схватил на руки. Так его потом и доставили в больницу, со счастливой улыбкой, застывшей на каменном лице… а за ним и ещё пять, ведь остальные кокатриксы тоже добежали до цели, и пока друзья спасали товарища, времени даром не теряли. Но Тонизирующий глоток мандрагоры в запасах у целителей был, так что бедняг в скором времени привели в чувства… и сразу арестовали, потому что нелегальные и крайне опасные зверушки — это вам не шутки, а сотрудники Министерства — это вам не старый добрый профессор Диппет, готовый дать тридцатый испытательный срок.
С волшебными вирусами мне тоже уже приходилось сталкиваться в Хогвартсе, но такой экзотики, как Лихоманки, в больницу святого Мунго не доставляли. В принципе, это было единственное отделение, в котором количество идиотов было сведено к минимуму, потому что это как надо постараться, чтобы подхватить какую-то дрянь? И в основном, в этом отделении лежали детки, как самый восприимчивый возраст для инфекции. За всё моё время стажировки, а потом уже и работы в больнице в этом отделении даже побывала Тесса, когда ей было четыре года, она тогда подхватила неизвестно где грибковую золотуху, и пришлось ей полежать немного у мамы на работе… я тогда чуть не поседела!
На четвёртом этаже, в отделении отравления растениями и зельями я тоже побывала, правда, недолго. Заведовал там Дерек Гамп, про которого я много наслушалась ещё в первые дни своей стажировки, а до этого о нём периодически вспоминала Кассандра, ведь этот человек был одним из первых её учеников, и они до сих пор поддерживали вполне дружескую связь. Целитель Гамп был, конечно, личностью выдающейся, с этим будет трудно поспорить, но как раз из-за этого злые языки шептались о нём не очень лестно. Но те люди, с которыми я весьма неплохо поладила, очень уважали талантливого зельевара и герболога, правда, посмеивались над его лёгкой отчуждённостью от обычных смертных. И каково же было моё удивление, что тем загадочным целителем Гампом оказался мужчина, с которым я проехалась два этажа на лифте в самый первый день.
Когда я пришла к нему в отделение где-то в начале февраля, то Гамп внимательно вгляделся в моё лицо и флегматично спросил:
— Ну что, весело было в отделении Абеляра?
— Там определённо было не скучно, целитель Гамп, — подумав, вежливо ответила я, хотя отделение Аба было самым жизнерадостным, на мой взгляд.