Все оставшиеся дни нашего совместного «отпуска» прошли на удивление мирно. Тесса с удовольствием бегала по побережью со своим змеем в руках под присмотром Тома, а я присматривала за ними обоими, сидя на одном из выбеленных морем деревьев. Или она садилась рядом со мной со своим альбомом и красками и пыталась нарисовать море, как могла, а Том потом заколдовывал её рисунки, чтобы они оживали… Я же занималась готовкой, от которой Том был явно без ума, читала лёгкий роман, который нашла в книжном шкафу в гостиной, и пыталась настроить себя на мысль, что по возвращении ничего не изменится, и безумные планы Тома не затронут нашу с Тессой тихую жизнь…
Но мне всё равно слабо верилось в это, а окончательно надежда покинула мою душу, когда я через четыре дня переступила порог своей гостиной с сумкой в руках, и мне первым делом попались на глаза осколки вазы, пятно от высохшей воды на полу и засохшие, безжизненные лилии, лепестки которых скрутились и стали коричневыми. Конечно, я сразу убрала это безобразие, чтобы оно не мозолило глаза, но эту несчастную картину кто-то словно выжег на моей сетчатке, и едва я закрывала глаза, как завядшие цветы представали у меня перед глазами. Эти цветы не сулили ничего хорошего в ближайшем будущем, в котором мне предстояло объясниться с близкими, разбить сердце одному хорошему человеку и как-то объяснить появление в моей жизни… Тома, который, казалось, немного успокоился от отдыха на побережье, но что-то мне подсказывало, что этот мираж в скором времени развеется без следа.
Глава 24. Перемены
* * *
Писк будильника не сразу смог пробиться сквозь пелену сна, и был он настолько внезапным, что я даже не сразу поняла, что происходит. С трудом разлепив глаза, я в полутьме потянулась влево, чтобы прекратить эту пытку оглушительным звуком, но чьи-то горячие руки никак не хотели меня отпускать от себя. Правда, будильник тоже сам по себе замолчал через секунду, а я повернулась лицом к Тому, не дававшему мне никакого шанса встать с кровати.
— Уже семь утра, мне надо на работу, — вздохнув, пояснила я на его вопросительный взгляд. Но Том продолжал по-хозяйски крепко прижимать меня к себе, так что я приобняла его за плечи и выдохнула: — Ты же обещал, что не будешь вмешиваться в нашу жизнь, и всё будет по-прежнему? Или у тебя резко изменились планы?
— По-прежнему уже точно не будет, Кейт, — усмехнулся он, легко поцеловав меня в щёку. — Но я действительно обещал тебе, что позволю вам с Тессой заниматься своими делами… Ты действительно так любишь свою работу, что хочешь вернуться туда после такого замечательного отпуска?
«Замечательным» наш «отпуск», может, и не был, но и жаловаться, в общем-то, было не на что. Почти все дни я довольно поздно вставала по сравнению с трудовыми буднями, занималась чем хотела, проводила много времени с Тессой… и четыре последних дня неизменно просыпалась в объятиях горячих рук, прямо как сейчас, и я до сих пор не могла ответить себе на вопрос, как же ко всему этому относилась. Но отпуск закончился, я вроде как набралась сил, отдохнула, Тесса набегалась на побережье, а мне надо было закрывать дыру в нашем семейном бюджете. И Том не мог этого не понимать, так что его вопрос показался мне крайне странным.
— Тессе нужно что-то есть и в чём-то ходить, а мне нужно чем-то платить за квартиру, я ещё не полностью выплатила ссуду за неё, а отдых на берегу моря заметно ударил по моим запасам. Так что да, я хочу вернуться на свою любимую работу, мне ведь не на кого больше рассчитывать, кроме как на себя…
Том тихо рассмеялся моим словам с нотками обвинения, а затем притянул меня к себе и поцеловал уже в губы. Я его поцелуям была совершенно неспособна сопротивляться, но краем сознания почувствовала какой-то странный рельеф под подушечками пальцев левой руки. И когда Том от меня отстранился, я чуть приподнялась, чтобы посмотреть, что же у него было такого на наружной поверхности правого плеча.
Несмотря на то что этот собственник «заклеймил» меня татуировкой со змеёй, хотя он, конечно же, называл это иначе, у него на теле такого «знака» не было. У него вообще не было никаких татуировок или ещё каких-то инородных тел, по крайней мере, мне так казалось раньше… пока мне не попалась на глаза будто выжженная татуировка… монетки или чего-то вроде. В центре были иероглифы, выведенные чёрными чернилами, а вокруг — обрамление из сложного узора. В целом эта рельефная тату была не очень большой, не превышала размера галлеона, но она явно была там не просто так…