— Том!
Поняв, кто к нам явился чудесным воскресным утром, я так и закатила глаза, а через секунду дверь в гостиную открылась, и на пороге появился и сам обладатель этого чудесного имени, крепко держа на руках Тессу.
— Доброе утро, Кейт! — как ни в чём не бывало поздоровался он, прошагав внутрь гостиной. Я же хмыкнула про себя, а затем широко улыбнулась, вежливо сказала:
— Доброе утро, Том, — и, взяв из чернильницы перо, дописала-таки письмо, а моя улыбка стала ещё шире.
— Надо же, какие вы обе счастливые, — усмехнулся Том, внимательно присмотревшись ко мне. — Неужели так рады моему приходу? Или случилось что-то ещё?
— У тёти Кэс родился мальчик! — тут же воскликнула Тесса, а я аккуратно вывела свою подпись в самом конце письма.
— У профессора Трэвис и профессора Доусона родился второй сын, — пояснила я, поскольку Том явно не понимал, о ком шла речь, и недоумение на его лице мигом сменилось озарением.
— Вот как! И я так понимаю, это ей ты пишешь в такую рань ответ, да? Что ж, добавь и от меня пару строчек, я действительно очень рад такой новости…
— Места уже нет, — невозмутимо ответила я, быстренько запечатав письмо в конверт, хотя я нисколько не сомневалась, что Том понял, что это была всего лишь отговорка: в письмах я не любила растекаться мыслью по бумаге, так что редко когда исписывала полностью хотя бы один листок. — Но я обязательно передам ей твои поздравления… устно завтра вечером. Тесса, ты пойдёшь со мной поздравлять тётю Кэс и дядю Ника?
— Да, да, пойду! — тут же обрадованно воскликнула Тесса, а я с широкой улыбкой на лице встала из-за стола и направилась на кухню, чтобы привязать письмо к лапке Алисты, которая терпеливо дожидалась ответа, сидя на подоконнике.
Том же с Тессой на руках направился за мной, а когда сова улетела, то широко улыбнулся Тессе и спросил:
— У вас с мамой были на сегодня какие-нибудь планы?
— Дедушка сегодня пойдёт в банк разбираться с этими противными зелёными скрягами, потому что эти жулики обманули его на процентах, а мы с мамой собирались в парк покормить птичек!
У меня от слов Тессы волосы поднялись дыбом, ведь Морган, судя по всему, уже не стеснялся в выражениях в её присутствии, а Том рассмеялся моему выражению лица и с напускной серьёзностью поинтересовался:
— А меня вы с мамой возьмёте кормить птичек в парке?
— Возьмём! — воскликнула Тесса, захлопав в ладоши, а потом повернулась ко мне и с абсолютно чистой детской невинностью спросила: — Правда, мам?
— Конечно, — улыбнувшись, ответила я. — Только сначала приведи в себя в порядок, а потом мы все вместе пойдём в парк, хорошо?
Том опустил Тессу на пол, и та моментально помчалась переодеваться в свою комнату. Я же, припомнив, чем закончился наш последний разговор, хмыкнула и с гордо поднятой головой принялась собирать остатки хлеба и старого печенья из хлебницы, чтобы было чем кормить птичек, абсолютно игнорируя незваного гостя. Том, почувствовав, что я всё ещё «обижена», молча понаблюдал за мной, а когда Тесса прибежала к нам полностью одетая, то я снова нацепила на лицо маску беззаботности, и мы пошли гулять в парк.
Что ж, мне очень повезло, что у Моргана были свои дела на весь день, потому как обычно мы проводили выходные вместе с ним, а у меня до сих пор вызывала ужас мысль, что Том и Морган где-нибудь пересекутся. Хотя Том и дал мне понять с утра, что это «разрешение» на совместный выходной — чистая формальность, и если бы я сказала, что мы пойдём к дедушке, то он бы точно навязался с нами, и скандала было бы не избежать. А мне так хотелось спокойной жизни! Неужели я так много просила?!
Но выходной прошёл относительно неплохо. Мы погуляли в парке, скормили весь имевшийся хлеб и печенье, потом пообедали в кафе неподалёку, а к вечеру Тесса выпросилась сходить в театр на кукольное представление, и в итоге мы вернулись домой уже довольно поздно. Хотя Морган и подкармливал меня в будни, но я, почуяв, что кое-кто опять решил вернуться, приготовила кое-что по мелочи на завтрак и ужин на завтра, чтобы не возиться с этим после насыщенного рабочего дня. Том с Тессой в это время играли в гостиной, а когда я закончила возиться на кухне и почти домыла посуду, то краем глаза заметила в дверях силуэт в неизменном чёрном классическом костюме, правда, немного другого кроя, чем был до этого.