— Тесса заснула, — сообщил Том, когда поймал мой взгляд, а затем уверенно прошёл на кухню и сел за обеденный стол.
Мельком посмотрев на часы, которые показывали начало одиннадцатого, я подумала: «Давно пора, день был насыщенным», а затем молча принялась домывать последнюю тарелку, старательно игнорируя человека за своей спиной. Том ещё немного понаблюдал за мной, а когда понял, что сама я проявлять инициативу разговора не намерена, с усмешкой в голосе спросил:
— Что, Кейт, тебе даже не интересно, где я был всё это время, чем занимался? Пять дней как-никак прошло… — но я, повернувшись к нему лицом, демонстративно закатила глаза и принялась протирать кухонный стол. Том тихо рассмеялся моей реакции и протянул: — Хорошо… а ты получила письмо о переводе?
«О каком переводе?» — удивлённо переспросила я про себя, не совсем понимая, о чём сейчас шла речь. Но на душе всё равно зародилось нехорошее предчувствие, так что я положила тряпку на место и серьёзно посмотрела на Тома.
— Да ладно? — удивился он, догадавшись по моему лицу, что никаких писем о таинственных переводах я не получала. — Вот ведь… я сейчас даже готов согласиться с Тессой по поводу работников Гринготтса, ведь я настоятельно просил оповестить тебя, как только всё будет готово… и что, вообще никаких писем на неделе не получала? Совсем? Или ты опять пытаешься меня обмануть, Кейт?
Том уже собрался встать со своего места, как я вдруг вспомнила о незнакомой сове, прилетевшей с утра перед Алистой. Но из-за новости о благополучных родах Кассандры это письмо быстро вылетело у меня из головы, хотя в нём, судя по всему, была какая-то важная информация. Вздохнув, я молча подошла к подоконнику, и действительно: на нём лежал не вскрытый конверт из плотной бумаги, запечатанный восковой печатью Гринготтса. Взяв конверт в руки, я мельком посмотрела на Тома и, заметив его выразительный взгляд, пробормотала:
— За ним сразу же пришло письмо от Кэс, и я забыла про него… — и принялась распечатывать послание, раз уж речь зашла про него. Но чем дальше я читала это письмо от сотрудников банка, тем больше в моей душе возникало возмущения… и тревоги. Дочитав до конца, я отложила его в сторону и, сердито посмотрев на Тома, твёрдо произнесла: — Зря старался, мне от тебя ничего не нужно, и эти деньги я не возьму.
— Вот как? — усмехнулся в ответ Том. — Но видишь ли, в чём проблема, Кейт… я предвидел такой вариант развития событий, так что договорился с… зелёными скрягами за вполне достойное вознаграждение, что они не выдадут тебе номер счёта, с которого был сделан этот перевод, чтобы ты не смогла вернуть деньги. А если ты попытаешься обналичить их и отдать мне так… я бы посмотрел на то, как ты будешь катить целую тележку с золотом по улице, Кейт, но как бы тебе не причинили вреда прямо посреди улицы за это… да и одной тележкой там точно не обойдётся…
— Ты хоть понимаешь, что если эти деньги получены незаконным путём, то ты подставляешь в первую очередь нас с Тессой? — процедила я, ведь сумма в письме была очень внушительной, и я понятия не имела, каким образом она могла появиться у Тома. Но от моих слов усмешка на его губах стала только шире, и он, всё-таки встав со стула, проговорил:
— Кейт, во-первых, тебе не о чём беспокоиться, эти деньги получены вполне законным путём. А во-вторых, даже если это было бы не так, то гоблины всё равно не выдадут правительству никакой информации о владельцах и переводах, какими бы они ни были. Уже столько министров сменилось, столько людей искало управу на этот крайне расчётливый народец, но они вне закона и дорожат своей репутацией. И если под них начнут копать, то в первую очередь полетят сами же проверяльщики, потому что у всей верхушки Министерства счета находятся там же… Так что ты можешь закрыть свою ссуду и жить в своё удовольствие, Кейт, тебе вполне хватит.
Закончив свою речь, Том триумфально посмотрел на меня, но в моей душе ничего, кроме злости, не было. Конечно, по-хорошему надо бы радоваться такой громадной сумме, но… только не от этого человека. Такой «подарок» не мог не породить за собой обязательств, а я не хотела дополнительную цепь себе на горло. Поэтому я пристально на него посмотрела, а затем холодно сказала:
— Зря старался, я не потрачу ни галлеона из этих денег. Так что они будут просто пылиться в банковской ячейке до самой моей смерти.
Том в ответ смерил меня оценивающим взглядом и, развернувшись, направился из кухни в сторону прихожей, кинув:
— Я предвидел и этот вариант, Кейт… — уже на этой фразе я поняла, что ничего хорошего точно не стоило ждать, а Том быстро вернулся на кухню с портфелем в руках и, достав оттуда несколько листков, протянул мне со словами: — Так что вот, держи, твоя ссуда полностью погашена, правда, магловская почта не так надёжна, как почта волшебников, так что я решил передать тебе это свидетельство и закрытый договор лично в руки, — от таких новостей я выпала в осадок и только открыла рот, чтобы спросить: «Как?», как Том с усмешкой добавил: — Кейт, я не смогу взять от твоего имени деньги в банке, для этого нужно твоё личное присутствие и согласие, но я вполне смог погасить за тебя долг, банкам, и магловским в том числе, в этом вопросе не очень принципиально, кто будет закрывать ссуду, лишь бы деньги были возвращены. Так что поздравляю, у тебя больше нет долга, и квартира полностью в твоём распоряжении… у тебя нет нужды вставать в такую рань и пропадать сутками на работе, это теперь исключительно твоя инициатива, не совсем разумная по мне, но… дело твоё.