Я с неподдельным мучением посмотрела в угольно-чёрные глаза, а Том ещё немного покопался в моих мыслях на предмет достоверности сказанного, а затем отошёл от меня, бросив на ходу:
— У меня не будет любовниц, так что можешь не беспокоиться о них.
— Секса тоже не будет! — кинула я, расстегнув бюстгальтер. — Пять дней.
— Да, я уже понял. Ты будешь ложиться спать, или всё-таки решила по моему совету бросить свою работу и уделять больше внимания Тессе? — с этими словами он скинул с себя пиджак, повесил его на спинку стула неподалёку от кровати, а затем сел на кровать и принялся расстёгивать чёрную сорочку. Я же, надев свою ночную сорочку, осторожно подошла к кровати и с недоумением уставилась на него, не совсем понимая, зачем он раздевался.
— Что ты делаешь? — уже вслух спросила я, когда Том полностью разделся, положил свою одежду на стул и лёг на свою половину кровати. Он же поднял бровь на моё недоумение и невозмутимо пояснил:
— Собираюсь лечь спать, уже поздно, я устал, а завтра, как я понял, ранний подъём… что-то не так, Кейт?
— Да нет, ничего, — хмыкнула я, нырнув под одеяло со своей стороны. — Просто не совсем понимаю, зачем ты вообще покупал особняк на тридцать спален, если спать всё равно собираешься в моей скромной квартирке…
— Всё довольно просто, Кейт, — со смехом в голосе прошептал Том, притянув меня к себе поближе. — Ни в одной из этих тридцати спален нет тебя… так что я, пожалуй, пока посплю здесь, если ты не против. Но я всё же не теряю надежды, что рано или поздно в тебе проснётся любопытство, и ты захочешь провести ночь у меня… Я буду с нетерпением ждать этого момента. А что, Кейт, тебе не нравится… спать со мной… буквально? Или ты считаешь, что я животное, которое сношается со всем, что движется? — я на такие слова закатила глаза, а Том приобнял меня и сам же ответил на свой вопрос: — Это не так, Кейт. С нашего… первого раза я семь лет прекрасно обходился без близости с женщинами, и пять дней для меня потерпеть не проблема. Или всё дело в том, что тебе от меня нужен только секс и украшения? Вот ты стервятница, Кейт!
— Что?! — возмущённо выдохнула я на подобные обвинения. — Вот и как у тебя так получается всё выворачивать так, что в итоге остаюсь плохой я?! — Том тихо рассмеялся моим возмущениям, а я обиженно добавила: — Между прочим, я ещё не простила тебя за эту противную метку…
— А я и не собираюсь просить у тебя прощения за это, — чуть крепче приобняв меня за плечи, вкрадчиво проговорил он. — А если ты будешь долго дуться и не пускать меня в свою кровать, то я начну всерьёз думать над этой проблемой… оно тебе надо, Кейт? — я ничего на это не ответила, лишь поджала губы от мысли, что метод кнута и пряника был довольно отчётливо заметен, а Том провёл горячими ладонями по моим плечам и сказал: — Вот и славно, Кейт, я рад, что мы решили все наши разногласия. Что сказали твои коллеги на… повязку у тебя на руке?
— Ничего, — буркнула я, хотя один коллега довольно бурно отреагировал на неё, но Тому об этом точно не стоило знать. — Никто ничего не видел, у нас закрытые костюмы. Спокойной ночи.
При воспоминании о нашем разговоре с Дереком моё относительно неплохое настроение вмиг испортилось, и я решила в кои-то веки взять инициативу на себя, показав последними словами, что разговор перед сном окончен. И, отвернувшись от Тома, я попыталась хоть как-то отключить мозги, ведь завтра действительно ожидался ранний подъём и насыщенный день. Только вот удалось мне это лишь тогда, когда горячие сильные руки обхватили меня со спины и заключили в объятия, похожие на капкан, но в них было на удивление спокойно…
* * *
— Ну всё, теперь заживём! — радостно воскликнула я, только войдя в целительскую в понедельник с утра, а Тина, Аб, Мия и Марк удивлённо уставились на пакет в моих руках и моей улыбке, которой они уже давно не видели.
Но я в попытке до конца сохранить интригу, с ещё более загадочным видом прошагала к своему столу и положила на него пакет, а затем демонстративно вздохнула и начала его распаковывать. Вообще, встала я с утра неприлично рано, даже раньше обычного, в половину седьмого, и на то были причины. Том, конечно, был не очень доволен такому раннему пробуждению, хотя и было видно, что он сам не привык долго спать… видимо, ему просто нравилось лежать со мной в одной кровати… не знаю. Но в то утро я лишила его такого удовольствия, а поскольку завтрак я приготовила ещё накануне, то в восемь часов Тесса уже бегала по пустому залу «Гиппогрифа», а я с чистой совестью отправилась по своим делам, ибо у меня был на них целый час. А теперь я собиралась поделиться своими делами и со всеми остальными.