— Какая жалость! Кейт, у вас же с ней вроде не такая уж и большая разница… разве вы не учились вместе в Хогвартсе?
— Эм… учились, — замялась на мгновение я. — Но когда я была на третьем курсе, она выпустилась, так что не скажу, что мы были лучшими подружками. А что?
— Ничего, — пожала плечами в ответ Тина. — Просто странно, что она отказалась от такого выгодного брака да ещё и так внезапно! Может, у неё в школе был кто-то? Первая любовь, кого она случайно встретила?..
— Да уж, был, — ядовито хмыкнула я, ведь эта первая любовь Элеоноры Фоули всё никак не давала спокойной жизни уже мне. Тина, заметив мою горькую усмешку, вопросительно посмотрела на меня, и я добавила: — Да, Тина, была у неё школьная любовь, но он уехал… сразу после школы, если не ошибаюсь. Так что вряд ли это как-то связано с её помолвкой… может, она просто не захотела уезжать в Штаты от родителей?
— Может, — протянула Тина, а Аб вдруг сердито заворчал:
— Вот девчонки, треплетесь об этой дурочке, она ведь яйца выеденного не стоит! Тина, верни-ка мне обратно страницы, я ещё не дочитал про эти исчезновения!
— Исчезновения? — настороженно переспросила я, потому что о криминальной обстановке в Лондоне мы так или иначе были в курсе, мы ведь и лечили жертв нападений, и в последние годы всё было относительно спокойно… Тина тут же отдала Абу недостающие страницы газеты, и он, соединив её целиком, перелистнул ещё одну страницу и пробормотал:
— Да, странно всё это… пишут, что на прошлой неделе пропал Маркус Селвин, мракоборец… хороший парнишка, помнишь, он в прошлом году лежал у нас, когда на него наслали проклятие полной парализации тела? Мы ведь с ним тогда и возились, Кейт, даже на ноги поставили, пусть он и прихрамывал немного…
— Да, помню, — задумчиво проговорила я, действительно припомнив весёлого паренька лет на семь старше меня с задорными рыжими кудряшками, веснушками и заразительным смехом. Когда мы постепенно привели его в чувство после того проклятия, то он каждый день на обходе смешил нас своими шутками, Аб был тогда в восторге от этого весельчака… да и мракоборцем он был довольно неплохим, как он мог просто… пропасть?
— Ещё что-то странное случилось с семьёй магглов в Суррее, — пробасил Аб, вырвав меня из раздумий. — На них то ли напали, то ли ещё что-то… никто ничего не видел, никаких следов… странно…
— Да ладно тебе, Аб, в мире постоянно что-нибудь случается, нельзя же на этом зацикливаться? — вздохнув, заметила я, хотя вокруг действительно чувствовалось напряжение, и даже мне стало не по себе. Аб, вдруг посерьёзнев, отложил газету в сторону, посмотрел на меня и сказал:
— Может, ты и права, Кейт. Только вот ты, наверное, маленькая была и не помнишь этого… а я вот помню, как этот псих, Грин-де-Вальд, наращивал свою армию… тогда тоже всё начиналось со странных исчезновений и нападений на магглов…
— Грин-де-Вальд в тюрьме, разве нет? — переспросила я, а сердце предательски сжалось от мысли, что сам идейный вдохновитель, может, и сидел за решёткой, но у него были последователи… и я даже знала одного, очень-очень близко.
— Хм, наверное, если бы он вдруг сбежал, то об этом трубили бы все газеты, — задумчиво протянул Аб, а остальные жадно хватали каждое его слово. — Надеюсь, старик Каспер Крауч быстро со всем этим разберётся! Но помяни мои слова, Кейт, всё это не к добру… я чувствую такие вещи. Можешь считать меня параноиком или сумасшедшим, но грядут перемены, и у меня очень плохое предчувствие…
После слов Аба в целительской наступила гробовая тишина, а я, сглотнув, взяла первую попавшуюся историю со своего стола и уткнулась в неё, чтобы создать видимость работы. Но это всё равно мало помогло, потому что все мои мысли были о том, что у меня было ровно такое же предчувствие, как и у нашего Большого Аба… и я даже догадывалась, кто мог стать зачинщиком грядущих перемен.
Примечание к части
[1] — моё первое придуманное заклятие, фраза на латыни, переводится как наложение бинта.
Глава 25. Болото
* * *
— А вот и мы… — протянула я, осторожно войдя в квартиру Кассандры и Николаса в понедельник вечером. Дверь мне открыла сама молодая мама, а в квартире было на удивление тихо, и я догадалась, что главное сокровище заснуло и, скорее всего, недавно. — Поздравляю, Кэс…
В порыве чувств я крепко обняла подругу, и она с широкой улыбкой ответила мне, а затем отстранилась и поцеловала Тессу, державшую в руках небольшой пакет.
— Тётя Кэс, это тебе, — прошептала Тесса, отдав Кассандре наш подарок, и та с широкой улыбкой взяла его в руки и сказала: