Я с недоверием посмотрела на прозрачный пузырёк, а затем сказала:
— Мне уже дали противоядие.
— Я вижу, — хмыкнул Том, собственноручно открыв флакон, и ещё раз уже более настойчиво протянул его мне. — И даже догадываюсь какое. Нет, оно, конечно, подействует, но не скоро, Кейт. Ты ещё дня два будешь лежать в кровати с температурой… — он, наклонив голову набок, оценивающе посмотрел на меня и, поняв, что я абсолютно ему не верила, воскликнул: — Да ладно тебе, Кейт! Если бы я хотел тебя отравить, то просто ушёл бы, оставив тебя одну, а не бегал за противоядием к себе домой! Ты бы даже до прихожей не дошла с такой температурой, где лежит твоё… «противоядие». Пей, Кейт, если хоть чуть-чуть заботишься о Тессе…
Последний аргумент был самым весомым, и я, тяжело вздохнув, взяла из его рук флакон и выпила содержимое, поморщившись от резкой горечи.
— Умница, — довольно улыбнулся Том, а я, отдав ему пустой флакон, прохрипела:
— Ты хоть понимаешь, что если кто-то увидит у меня на руке твою метку, то я буду первым подозреваемым в убийстве Маркуса? Если ты хоть чуть-чуть заботишься о Тессе…
— Я не чуть-чуть забочусь о Тессе, Кейт, — возразил он, проведя холодными ладонями по моей ноге, и у меня по коже прошла волна мурашек. — Я постоянно думаю о ней… и о тебе тоже. И что б ты знала, я понятия не имел, что стало с… Маркусом после нашего последнего разговора, и что у него на груди оказалась моя метка тоже не знал, пока не увидел это в твоих воспоминаниях… Кейт, к твоему сведению, у меня полно других дел, кроме как ходить по болотам, где куча змей, и вырезать ножом на трупах свой знак.
— Не надо делать вид, что ты здесь ни при чём, — покачав головой, прошептала я, не веря, что я опять должна была прикрывать убийцу от правосудия. И в этот раз это был далеко не несчастный случай. — Ты пытал его, а потом убил…
Том же ядовито усмехнулся моим обвинениям и, проведя ладонью по ноге, с которой вроде как даже начал отступать отёк, как ни в чём не бывало произнёс:
— Я всего лишь пытался договориться с Маркусом, Кейт. А он договариваться не хотел… и вот результат. Но я действительно беспокоюсь о вас с Тессой, и поскольку он увидел меня, то… его судьба и так была предрешена. Никто из моих последователей давно уже не обращается ко мне по имени, которое ты знаешь, и я буду тщательно следить, чтобы моё старое имя никак не было связано с новым… всё ради того, чтобы на вас с Тессой не пали какие-либо обвинения. Вообще, я не понимаю, чего ты так боишься, Кейт? Это мне не нравится, что ты сутками пропадаешь в своей любимой больнице, но с точки зрения общества, в котором мы живём, тебе должны дать за это медаль, а не сажать в тюрьму… разве нет?
— С точки зрения общества, в котором мы живём, знак на трупе и знак на моём левом предплечье тесно связаны, и я буду под подозрением, как только кто-то увидит!..
— Так не показывай никому своё предплечье, Кейт! — перебил меня Том таким тоном, как будто я была маленькой девочкой, которая не понимала очевидных вещей. — И никто не станет тебя ни в чём обвинять. Ты ведь и так отлично справляешься с этой несложной задачей, так в чём проблема?
— Проблема в том, что твои люди всё равно знают твоё настоящее имя, — процедила я, выпрямившись и сев так, чтобы смотреть прямо в угольно-чёрные глаза. — И все, кто увидят тебя и Тессу рядом, догадаются, что она тебе очень близкая родственница! А кто её мать все и так отлично знают. И когда тебя поймают, то для всех будет само собой разумеющимся то, что я помогала тебе, хотя это не так…
— Кейт, тебе не о чём волноваться, — выдохнул Том, резко прижав меня к себе, и обхватил уже чуть тёплыми ладонями моё лицо. — Во-первых, меня никто не поймает, а во-вторых, я не собираюсь убивать всех неугодных мне лиц. С Маркусом… это, наверное, действительно моя вина, я недостаточно чётко выразился, когда сказал Розье, что он может делать что хочет с трупом нашего упрямого гостя, но… я даже в самом страшном сне не мог представить, что ты можешь быть как-то связана с трупами… почему они взяли с собой именно тебя, Кейт? Ты можешь отказаться?
Я отрицательно покачала головой, а затем, сглотнув, прохрипела:
— Потому что они выбирают лучших. Мы втроём уже года три помогаем расследовать убийства, и так будет и дальше… это моя работа, такая, какая она есть. Как ты собрался менять мир, не выходя из тени? Как ты можешь быть уверен, что тебя не сдадут твои же… помощники?
— Я уверен, что они не сдадут меня, Кейт, — твёрдо, даже жёстко ответил он, а я чувствовала себя маленькой мышкой, попавшей в тиски удава. — Потому что все мои близкие помощники знают, что если они выдадут меня, то их остывшие трупы найдут быстрее, чем надо мной свершится правосудие… а ещё я делаю всё, чтобы этого правосудия вообще не было… как жаль, что у этого упрямого старика Крауча в подчинении находится муж твоей подруги…