— Не смей! — взвизгнула я, но Том моментально припал к моим губам, подавив крик из моей груди, а затем выдохнул:
— Я знаю, Кейт, как для тебя и Тессы дорога тётя Кэс, так что я очень хочу избежать ненужных жертв. Тем более что они оба чистокровные волшебники, а проливать чистую кровь… так расточительно. Но мракоборцы такой непостоянный народ… из-за них может быть очень много ненужных проблем, а я хочу по максимуму их избежать. Надеюсь, Доусон будет благоразумнее своего коллеги и не станет совать нос куда не надо… у него всё-таки жена и двое маленьких детей. Хотя его тесть особой осторожностью не отличается…
Я недоуменно посмотрела на Тома, а он усмехнулся немому вопросу в моих глазах и, проведя тёплой рукой по моей щеке, сказал:
— Посмотри, Кейт, твоя температура тает на глазах… а ты не хотела мне верить. Знаешь, по сравнению с нашим правительством, в том болоте, в котором ты так неосмотрительно сегодня побывала, совсем не было ядовитых змей… Ты даже не представляешь, какие интриги, какие козни плетутся в верхушке Министерства, и какой котёл страстей там кипит. Нынешний министр магии буквально доживает свой срок, а за его спиной развернулась борьба между его ближайшими помощниками… отцом твоей Кэс, Фиделисом Трэвисом, и папенькой нашей дурочки Элли, Гарольдом Фоули. Такая драма… два закадычных друга, а теперь яростных противника. А выиграет тот, кого поддержу я… только вот определиться с выбором очень трудно, они оба талантливые стратеги, чистокровные сильные маги, да и мою философию оба поддерживают… будет трудно определиться, но на моё счастье, у меня в запасе ещё достаточно времени, чтобы сделать этот нелёгкий выбор.
Постепенно у меня в голове начала вырисовываться картинка, от которой кровь в сосудах буквально застыла, но я всё же нашла в себе силы и прошептала:
— Но если ты поддержишь одного, ты не боишься, что второй выдаст вас обоих?
Том, услышав мой вопрос, медленно улыбнулся, а я по этой полной яда улыбке поняла, что произойдёт со вторым противником.
— Всё верно, Кейт, он просто не успеет выдать нас. Но они оба недооценивают меня, они хорошо плетут интриги, но руки пачкать кровью не хотят, так что не верят, что я могу так поступить с кем-то из них. Тщетно надеются на лучшее… зря… очень зря… кто-то ведь должен этим заниматься, не так ли? Ради… общего блага? А если этот второй захочет предать меня, то я подстрою всё так, что его обвинят в убийстве первого, а я найду третьего, кто будет послушной марионеткой… у меня сейчас денег больше, чем у этих двоих вместе взятых, и всё их окружение уже опутано невидимыми ниточками…
— А разве тебе самому не хочется занять пост министра? Самому сесть на заслуженный трон? Ты ведь к этому стремишься, разве нет? К безграничной власти?
— Да, Кейт, именно к этому я и стремлюсь, — шёпотом ответил Том, а его руки вновь начали казаться мне горячими, а боль в ноге как-то незаметно отступила, хотя теперь о ней думать как-то и не приходилось. — Но мне не обязательно сидеть на… троне, как ты выразилась, чтобы иметь эту власть. Мне гораздо проще посадить туда верную марионетку, которая будет нести груз публичной ответственности на себе… чем выше пьедестал, тем больнее падать, а я падать не хочу. И я не хочу подставлять вас с Тессой. Пусть семья победителя трясётся от страха за месть несогласных с его решениями людьми, а вы с Тессой будете в тени вместе со мной… вы будете в безопасности. Поверь мне, мало кто будет действительно знать, кто же будет стоять за всеми радикальными переменами, которые произойдут в обществе в скором времени, а я, стоя за троном, буду иметь достаточно пространства для манёвра, если ситуация будет того требовать.
В своих путешествиях, Кейт, я повидал немало, и тиранов тоже видел. И почему-то всегда рано или поздно находится герой, который освободит народ от гнёта узурпатора… это очень неприятно, Кейт, но это так. Поэтому я и не хочу публичности. А ещё, если всё-таки поднимется недовольство, и я не смогу подавить его с помощью своей марионетки на троне… я смогу возглавить сопротивление…
— …и стать тем самым героем, — сглотнув, закончила я его фразу, и Том широко улыбнулся моим словам. — Нет…
— Да, Кейт, — прошептал он, сжав мою руку. — Ведь никто не будет знать, кто же в реальности стоял за всем этим. А свидетелей я уберу, если будет такая необходимость, это не вопрос. Герою народ может простить многое… даже радикальные идеи… и всё снова вернётся на круги своя, только я учту опыт и ошибки первого раза и буду осторожнее.