Когда мы зашли в целительскую, в которой никого, кроме нас, не было, неловкость вокруг только усилилась. Но я не стала сбегать в своё отделение, потому что Дерек явно хотел поговорить со мной о чём-то, и это вполне могло касаться как раз того убийства, о котором уже неделю трубили на первых полосах в газетах. Дерек же, находясь в крайне приподнятом настроении, невозмутимо подошёл к шкафу, достал оттуда средних размеров прямоугольный свёрток, обмотанный коричневым пергаментом, и протянул его мне.
— Что это?.. — удивлённо спросила я, но Дерек тут же с улыбкой ответил:
— Это подарок Тесс, у неё ведь на следующей неделе день рождения, да?
Вот уж чего я не ожидала, так это вот такого жеста со стороны своего… коллеги. Я настолько этого не ожидала, что так и замерла на месте с вытянутыми руками, удерживая на весу относительно нетяжёлую коробку, а Дерек рассмеялся моему выражению лица, посадил меня на диван у одной из стен, сел рядом и положил мне ладонь на руку.
— Кейт, я в понедельник на неделю уеду в Париж, там будет съезд мастеров Зелий со всего мира, очень интересное событие, я каждые пять лет с нетерпением его жду. Так что я не смогу отдать тебе его четырнадцатого числа, поэтому передай Тесс его от меня в этот день, ладно?
— Дерек, ты… ты не… обязан ей ничего дарить… — еле-еле смогла выдавить из себя я.
— Я знаю, Кейт, — невозмутимо ответил он, и я растерянно посмотрела в оливковые глаза, излучавшие какое-то внутреннее тепло. — И всё же я хочу это сделать. Мне кажется, что… наши с тобой недоразумения и недопонимания… не стоят того, чтобы от этого страдала Тесса. Я и в прошлом году дарил ей подарок, ты ведь помнишь? И когда мы с ней болтали в целительской в конце января, она по секрету сказала мне, что хотела бы получить в этом году… и я не смог удержаться, у твоей дочери такой потрясающий взгляд!
Услышав это, я выдохнула и покачала головой из стороны в сторону, ведь эта непоседа умудрилась раскрутить на подарки ко дню рождения аж двух мужчин, а ведь ей всего семь лет! Даже страшно представить, что будет, когда она вырастет… Дерек же, заметив моё негодование поведением Тессы, тихо рассмеялся, и я сама не заметив тепло улыбнулась в ответ.
— Не ругайся на неё, Кейт. Я знаю, что тебе очень непросто растить её… и всего лишь хочу помочь. Пусть ребёнок порадуется, детство — это такая мимолётная вещь, оглянуться не успеешь, а тебе уже тридцать лет…
— Спасибо, — благодарно выдохнула я, немного придя в себя, а Дерек вдруг спросил:
— Как вы планируете отмечать? Или посидите дома в кругу семьи?
— Эм… если честно, ничего такого я не планировала, — честно призналась я, обхватив подарок Тессы ладонями с двух сторон. — Это будет среда, с работы меня никто не отпустит. Посидим вечером у Моргана, наверное, придёт мой друг с семьёй, Димитрий… ты ведь помнишь его, да? — Дерек кивнул в ответ, а я продолжила: — У Кэс сейчас своих забот куча, она целыми сутками возится с Феликсом, хотя она вроде как обещала заглянуть к нам на десять минут, чтобы лично поздравить Тессу… но с младенцем, тем более таким крохотным, долго не просидишь на месте, да и не надо ей сейчас никуда ходить с ним. Как-то так… Ты пойдёшь к ним с Ником на крестины?
— Да, конечно, — тут же сказал он. — Я очень рад за них и с удовольствием бы поздравил ещё раз лично. Слышал, ты опять крёстная?
— Да, — усмехнулась я, слегка покраснев от такой непринуждённой беседы.
— А кто будет крёстным?
— Эм… Аластор Грюм. Я с ним лично не знакома, но он хороший друг Ника, так что… вот и познакомимся… спасибо тебе ещё раз, Дерек.
С этими словами я встала с дивана, потому как уже не знала, куда себя деть от неловкости, а Дерек вновь тепло улыбнулся мне и, направившись к своему столу, кинул на прощание:
— Не за что, Кейт! Ещё увидимся!
— Конечно, — пробормотала я и, выйдя из целительской, в абсолютно смешанных чувствах поплелась к себе в отделение, держа в руках подарок Тессы.
Конечно, Дерек действительно и до этого дарил моей дочери подарки, в прошлом году на день рождения и в этом году на Рождество, но они были довольно символическими. Да и другие мои коллеги прекрасно знали о моей маленькой неугомонной непоседе и иногда баловали её чем-нибудь интересным, когда была такая возможность. Про свой день рождения я тактично молчала на работе, не желая получать ненужное внимание, так что никто меня и не трогал летом… а сейчас… после всего, что успело произойти за короткий последний месяц зимы… я совсем не ожидала такого жеста великодушия со стороны Дерека после всего того, что наговорила ему по возвращении с побережья, и… как бы это великодушие не обернулось ему боком.