— Конечно, дорогая. Но я предпочитаю смотреть на тебя такую в спальне и без посторонних.
Я пожала в ответ плечами, а со стороны галереи послышался быстрый стук каблуков.
— Да неужели сегодня все придут вовремя! — язвительно воскликнул Том, мельком посмотрев на часы. — Ночью точно можно ждать снег!
Шутка разрядила внезапно возникшее напряжение, а когда Элеонора влетела в столовую, я тут же отвернулась к Дереку, подумав: «При Элли ты точно не будешь таким смелым!»
— Привет! — воскликнула Элеонора, бросившись в объятия Тома, и страстно его поцеловала, будто они не виделись как минимум две недели. Хотя вполне возможно, что так оно и было. — Видишь, как я соскучилась, даже не опоздала!
Я показушно закатила глаза, и мужчины напротив рассмеялись про себя, пока их «лорд» был занят делами поважнее. Хотя и он заметил это, но партия уже началась, и играть надо было по правилам.
— Конечно, Элли, ты моя самая преданная помощница, — прошептал Том, посмотрев мне в глаза, но я абсолютно не собиралась с этим спорить, потому как ни «преданной», ни уж тем более «помощницей» меня точно не назовёшь. И всё, что в итоге вызывала у меня эта фраза, — это смех, а не такая желаемая ревность.
Том не стал долго ехидничать или нежничать с Элли, а сразу приступил к стандартному обсуждению, к которому я не имела никакого отношения. И всё же как бы я ни старалась абстрагироваться, но мозг прислушивался к каждому слову, боясь услышать имя «Натан Нэш», про которого не единожды упоминали на прошлых собраниях. Но про него, казалось, в этот раз все забыли, и было оговорено всё, от небольших перестановок в должностях в Министерстве до пропажи без вести трёх маггловских семей в разных графствах. Конечно, много что волшебниками упускалось из виду, ведь у обычных людей был такой диагноз как внезапная сердечная смерть, и он вполне допустим даже в моё время. Но вот когда внезапная сердечная смерть настигала разом четверых человек молодого возраста (то есть до сорока лет), то это уже просачивалось в прессу. И разрозненные газетные заметки, которые иногда вслух зачитывал в целительской Аб, приобретали совсем другой оттенок, когда я слышала о них с другой стороны баррикад. Только вот я никак не могла понять, зачем Том позволял своим «подчинённым» издеваться и убивать обычных, ни в чём не повинных людей. Что это было: просто щедрая возможность головорезам вдоволь напиться крови или что-то большее, шестерёнка в едином отлаженном механизме?
Элеонора весь вечер так и жалась к плечу Тома: то пылинки с него смахнёт, то голову положит, то в щёку поцелует, то грудью к нему прижмётся… казалось, что её нисколько не волновало, что мужчины за столом обсуждали пропажи людей, их смерти, возможный переворот в Правительстве. Её вниманием полностью завладел Том, и она очень хотела, чтобы это было взаимно. Честно говоря, единственной отдушиной на этих собраниях было смотреть на безуспешные попытки куклы Барби обратить на себя внимание и злость Кена, когда он замечал эти попытки. И вот где-то ближе к концу собрания, когда Элеонора в очередной раз прижалась к Тому и провела пухлыми губами по его очерченной скуле, а я от этой картинки скривила губы в попытке сдержать смех и отвернулась от них, Том вдруг остановил доклад Ориона Блэка и сказал:
— Элли, милая, ты помнишь дорогу до кабинета, в котором я в прошлый раз беседовал с твоим отцом?
— Да, сладкий, помню, — оживилась Элеонора, снова чмокнув его в щёку.
— Будь умницей, сходи туда и принеси мне конверт из верхнего ящика письменного стола.
Элеонора с таким неподдельным удивлением уставилась на него, совершенно не ожидая, что её попросят о чём-то подобном. Том же непроницаемо посмотрел ей в глаза и прежним тихим, но властным тоном повторил:
— Элли, сходи до моего кабинета и принеси мне конверт из верхнего ящика стола, он не заперт, так что у тебя не будет проблем… это очень важно для меня.
— Конечно, сладкий… я быстро.
Поцеловав напоследок, Элеонора изящно встала с его колен и, цокая каблуками, вышла из зала совещаний, видимо, слова «это очень важно для меня» заметно приободрили нашу красотку. Несколько мужчин посмотрели ей вслед, ведь Элли сегодня выбрала очень силуэтное платье, и её пятая точка так и виляла при каждом шаге. Но большинство всё же внимательно смотрели на Тома, который вдруг встал со своего места и, пройдясь немного по комнате, остановился именно за моим стулом.
— И долго мы будем это терпеть?
Я даже обернулась, чтобы убедиться, что вопрос был адресован именно мне. Но Том сердито смотрел на меня, и я, приподняв бровь, пожала плечами и отвернулась.