— Мама, а ты сегодня будешь спать со мной? — удивилась Тесса, но я лишь крепче прижала её к себе и поцеловала в лоб, игнорируя Тома, застывшего словно статуя в кресле неподалёку и не сводившего с меня горящего взгляда.
— Да, солнышко, я очень боюсь грозы, — прошептала я, изо всех сил сдерживая слёзы. — А вдвоём нам будет не страшно, ведь так?
— Не бойся, мамочка, звёздочка не даст нас в обиду, — обняла меня в ответ Тесса, а потом вдруг резко повернулась и с тревогой посмотрела на Тома. — Мама, а как же Том?
— Он не боится грозы, милая, — выдохнула я. — Так что сегодня поспит один…
Тесса с тревогой, с наивным детским беспокойством продолжала смотреть на Тома, и он встал со своего места, улыбнулся, наклонился и поцеловал её в лоб.
— Ничего страшного, я посплю один… а ты защищай маму, звёздочка есть только у тебя…
— Хорошо, — улыбнулась Тесса и снова устроилась у меня на плече, а я вздрогнула всем телом, когда длинные бледные пальцы коснулись моей руки.
Том сразу почувствовал мою дрожь и отдёрнул руку, а в его глаза на удивление читалась боль… которой, однако, не было, когда на его глазах в муках умирал ни в чём не повинный человек.
— Спокойной ночи, девочки, — прошептал он напоследок и бесшумно вышел из нашей комнаты, а я выдохнула и обняла Тессу.
От шума грозы за окном Тесса быстро успокоилась и заснула, а я легко проводила рукой по её длинным волосам и смотрела перед собой в пустоту, боясь закрыть глаза. Но всё равно то и дело в темноте всплывала сцена убийства накануне и ярко-синяя змея, и я, каждый раз вздрагивая, прижимала к себе дочь, свою маленькую звёздочку, благодаря которой я всё ещё не захлебнулась во тьме. И всё-таки ближе к полуночи я всё же начала проваливаться в неверную дрёму, устав за такой насыщенный день.
Из последних сил посмотрев перед собой, я вдруг заметила в кресле чёрную тень. За окном сверкнула молния, и тень мгновенно превратилась в Тома, непонятно как появившегося в нашей комнате.
«Это мираж… это обман», — устало подумала я, закрыв глаза, и кошмары полностью поглотили меня.
* * *
Первое, что я почувствовала на следующий день после пробуждения, — это головная боль. Я была разбита на части, а события вчерашнего дня отрывками всплывали в голове. Повернувшись на бок, я не сразу поняла, что было не так, но всё же до меня дошло: Тессы рядом не было. Дёрнувшись, я легла на спину, а кровать подо мной была необычайно мягкой, не такой, какая была в спальне Тессы. Широко распахнув глаза от ужаса, я уставилась на изумрудный балдахин над собой, а слева из приоткрытого окна светило тёплое, почти летнее солнце, и дул лёгкий морской ветерок.
— Нет! — взвизгнула я, вспомнив место, в котором были похожие декорации, и попыталась вскочить с кровати, но сильные руки не дали мне этого сделать. — Нет! Отпусти меня, чудовище!
— Кейт… Кейт! Успокойся, нам надо поговорить… — удерживая меня в объятиях, проговорил Том, а я не помня себя пыталась высвободиться из них. — Кейт, пожалуйста, дай мне объяснить тебе!..
— Объяснить что? — взвизгнула я, пихнув его локтем в грудь, но Том, резко выдохнув, продолжал сжимать меня руками. — Что тебе нравится вкус крови?! Или опять скажешь: это не я, это Ингрид, а я хороший?!
— Я плохой, Кейт! — громко воскликнул он, а я обессиленно обмякла, понимая, что не смогу сбежать, пока Том не выговорится и не отпустит меня. — Я чудовище, ты сама меня так назвала, и я не отрицаю этого. Я не отрицаю этого… — с тяжёлым вздохом повторил Том, повернув меня к себе и прижав к груди. — И ты прекрасно знаешь, какой я есть на самом деле… но я не хотел, чтобы ты видела то, что было вчера…
— Раз не хотел, зачем дал приказ своему слуге привести меня? — сухо спросила я, слыша ухом быстрое биение его сердца.
— Какой приказ, Кейт? — устало протянул Том, а я вдруг почувствовала, что он точно не спал сегодня всю ночь, и тёмные круги под глазами только лишний раз подтверждали это. — Ты же должна была дежурить вчера, разве нет?
— Ты даже не знаешь, что творится за твоей спиной…
— Я узнаю… и виновный понесёт наказание.
— Что, натравишь свою подружку ещё на одного человека?
— Нет… просто убью. Но сначала узнаю, зачем всё это было нужно… или ты хочешь заступиться за него? — почувствовав, что я «успокоилась», Том подложил под спину подушки и лёг на них, а меня притянул к себе, продолжая крепко обнимать. — Ты, наверное, хочешь убедить меня не делать этого… да, Кейт?
— А у меня получится? — хрипло задала я встречный вопрос, и в угольно-чёрных глазах прочитала за сожалением ледяное «нет». — Вот видишь… делай что хочешь, я просто не хочу об этом знать. Я устала.