Я с непередаваемым выражением лица беспомощно уставилась на Дерека, моля его, чтобы он вскочил с места и заявил, что это всё неправда, обман, хорошо сфабрикованная родословная, но он молчал и так же беспомощно смотрел на меня. А Том, посмотрев на меня, вдруг рассмеялся и заметил:
— Довольно неожиданно узнать, что человек, с которым ты проработал семь долгих лет, твой двоюродный дядя, да? Кейт, скажи хоть что-нибудь… у тебя такое лицо, как будто вы с Дереком уже успели побывать в одной кровати, честное слово!
— Блять! — взвизгнула я, ведь, в общем-то, так оно и было в действительности!
— Что, прости? — изогнув бровь, тихо спросил Том, а остальные мужчины молча уставились на меня, явно не ожидая таких слов от леди.
— Я… я… я хотела сказать… Какая… какая неожиданность! Но… получилось чуть более ёмко…
Том негромко рассмеялся от моих слов, а следом послышались и смешки остальных, а у меня в голове цензурных слов от таких новостей почти не осталось.
— Дерек, а ты не принёс мне фотографии из семейного архива? — всё ещё посмеиваясь, вдруг спросил Том, и Дерек без единого слова достал из кармана конверт и положил его на стол. Том, взмахнув рукой, распечатал конверт, и передо мной оказались три чёрно-белых фотографии: портрет мужчины, портрет женщины и общее свадебное фото. — Ты не подскажешь своей… племяннице, кто эти люди и где ты?
— Это Карактак и Жозефина Бёрк. По отдельности и их свадебное фото. Я самый крайний справа, мне тогда было десять лет, рядом с мамой и сестрой.
— Вот это да, Кейт! — воскликнул Том, подойдя ко мне со спины и взяв в руки фотографию Жозефины. — Ты посмотри, одно лицо! Ты даже сейчас чуть старше своей матери… бедняжка, та не дожила и до двадцати лет! Ну же, Кейт… подумаешь, далеко не целомудренно поцеловала своего дядю на глазах у всей больницы, да ещё и глупостей всяких наговорила… хватит так переживать! В этой комнате будет трудно найти человека, у которого в семье не было инцестов. Моя семья, мне кажется, только за счёт этого и умудрилась сохранить статус чистокровной и попасть в священные двадцать восемь[5]. И кстати, получается, ты приходишься Абраксасу… троюродной сестрой, да? Абраксас, поправь меня, если я ошибаюсь?
— Всё верно, милорд, — выдавил Малфой, ошалело смотря на меня. — Эллен Бёрк моя троюродная сестра. Но я думал, она давно погибла, о ней не было ничего известно уже много лет…
— А кстати, почему твоя семья отказалась от сиротки? Тоже родственники, пусть и дальние?
— По той же причине, что и Гампы, — проговорил Малфой, а мне хотелось провалиться сквозь землю, настолько открывшаяся правда вгоняла в ужас. — Мои родители боялись, что это девочка стала причиной пожара… Из-за такого близкого инцеста у неё могли быть отклонения, как и у отца.
— Что ж, будем надеяться, что Кейт не будет держать зла ни на тебя, ни на Дерека… она у нас в самом деле очень отзывчивый и понимающий человек! Людей спасает, даже с того света иногда вытаскивает… — усмехнулся Том, сев наконец за стол. — Зря только наговаривали… надо же, такая семейная драма… но да ладно, что-то мы сильно отвлеклись. Кейт, я вот что хотел спросить… а сколько по твоим оценкам ещё предстоит пробыть Касперу Краучу у вас в Мунго?
— Около двух месяцев… — прошептала я, не в силах оторвать взгляда от Жозефины Флинт, молодой женщины, действительно как две капли воды похожей на меня, которую родственники насильно выдали замуж за неуравновешенное чудовище.
— Два месяца! — оживлённо воскликнул он. — Да это просто чудесная новость! К тому времени как он оклемается, тебя, Хьюберт, уже назначат новым главой мракоборцев, правительство не будет так долго ждать. Кейт, ты молодец! Народу нужно во что-то верить, и спасением Крауча ты дала людям надежду на светлое будущее. А мы тем временем внесём свои небольшие коррективы… правда, мистер Флинт?
— Вы совершенно правы, милорд, — лучезарно улыбнулся новоявленный Пожиратель смерти.
— Кстати, знакомая фамилия, — усмехнувшись, протянул Том и снова посмотрел на меня. — А кем вам приходится мисс Бёрк, если не секрет?