Медленно выдохнув, я выпрямила спину и, глядя прямо в нахальные угольно-чёрные глаза, процедила:
— Да чтоб тебя саламандра в центре Лондона укусила, гад.
— Саламандра? — смеясь, переспросил Том. — Какая ещё саламандра?
— Трёхметровая, огненная, — выдавила я, уже и сама внутри горя не меньше огненной ящерицы.
— Кейт, не неси чушь, что за детский лепет?
— Но мантикора же тебе встретилась, не так ли? — ядовито улыбнувшись, протянула я, а Том мигом посерьёзнел. — Думаешь, саламандру не встретишь? А ещё!..
— Ш-ш-ш… — прежде чем я снова успела брызнуть ядом, он кинул на стол книги, резко подошёл ко мне и закрыл ладонью рот. — Я до сих пор не понимаю, как так получилось, но… слушать проклятия от потомственного некроманта в свой адрес точно не собираюсь… — я от злости прикусила зубами его пальцы, и Том, зажмурившись на мгновение, наклонился ко мне и над самым ухом прошептал: — Кейт, ты же прекрасно знаешь, как на меня действуют твои укусы… а вокруг люди… будь умницей и сядь на своё место, а потом выскажешь мне все претензии… в кровати…
Он испытывающе посмотрел мне в глаза, и я разжала зубы и обречённо выдохнула, а затем послушно опустилась на свой стул.
— Вот и хорошо, — довольно проговорил Том и, взяв в руки все три книги со стола, направился к своему месту. — А это я у тебя заберу, пока ты сгоряча не наделала глупостей. И, Кейт, ты только посмотри, мы двадцать минут потеряли на тайны твоей семьи! Немыслимое расточительство времени, хотя и занятное, ничего не скажешь. А теперь надо вернуться с небес на бренную землю и поговорить о насущных проблемах, — он сел наконец на стул во главе стола и обратился к моему соседу справа: — Гидеон, ты сделал то, о чём я тебя просил?
Розье начал отчитываться перед Томом за проделанную работу, а я ушла в себя, просчитывая, какова была вероятность, что я или Тесса могли унаследовать семейную способность. И судя по всему, вероятность была катастрофически большая. И как назло, про некромантов я знала очень мало. Дамблдор рассказывал о них на седьмом курсе в рамках подготовки к ЖАБА по ЗОТИ, но поскольку это очень редкий дар, и теперь стало окончательно понятно почему, то про них мало что известно. Сильный маг мог создать инфернала, очень сильный маг мог управлять ими или зомби, но только истинный потомственный некромант мог создавать этих зомби, управлять армией скелетов, подчинять себе упырей и пробуждать умертвий и ревенантов, которых тоже никто из современных людей не видел. Бёрки были единственной семьёй в Британии, кто до последнего следовал семейным заветам родомагии, а в остальных побочных ветках всё сошло на нет. И я сама того не подозревая перекинула способность на ещё одно поколение вперёд… Теперь уже и не знаешь, как было лучше: узнать о своём наследстве сейчас или раньше. А самое противное было то, что чтобы узнать больше, нужно было тщательно изучить те самые книжки, от которых меня буквально воротило.
Я настолько погрузилась в размышления, что и не заметила, как полуторачасовое собрание подошло к концу. На самом деле, я бы и дальше сидела неподвижной статуей на своём месте и смотрела в точку за плечом Дерека, пока бы меня не растормошил Том, но это сделали за него.
— Целитель Лэйн?! Це… целитель Лэйн?..
Очнувшись от оцепенения, я медленно повернулась в сторону голоса и уставилась на Сигнуса Блэка, осторожно подошедшего ко мне. Элеонора в это время о чём-то говорила с Томом, жалобно смотря на него и заламывая руки, а Том с прищуром принялся следить за мной и Блэком.
— Целитель Лэйн, можно с вами поговорить? — учтиво обратился ко мне тот, а мужчины, кто ещё не успел выйти из зала для собраний, как нарочно, замедлились и с интересом следили за нами. Том, проигнорировав Элли, тоже направился к нам, а Блэк, заметив моё замешательство и поведение своего «господина», тут же добавил: — Моя старшая дочь больна!
— Ах… да, конечно! — мигом расслабилась я. — Разумеется, что случилось?
Блэк же дождался, пока остальные всё-таки выйдут из столовой, а когда остались только мы с Дереком, Том и Элеонора, он наконец сказал:
— У неё уже неделю жар, глаза опухли, из… из носа текло, а вчера на коже появились пятна… ей очень плохо, мы не знаем, что делать…