Злость во мне так и бурлила, и именно она дала силы вскочить с подоконника и протянуть руку за палочкой. Но Том непроницаемо смотрел в ответ, застыв на месте словно статуя.
— Я не дам тебе этого сделать, — тихо, но твёрдо повторил он.
— Что сделать?! Убить?! Но ты же делаешь это?! Скольких людей ты убил за последние полгода?! Сегодня по твоему приказу убили Грюмов! Проклятый лицемер, да почему я не могу убить того, кто ещё даже не родился?! Мне же его рожать!
— Да потому что ты — это не я! — так же прокричал он, и его слова сразу охладили мой пыл. Теперь была моя очередь застыть на месте, а Том уже тише добавил: — Ты не я, Кейт, и ты никогда этого не сделаешь…
— Откуда ты знаешь, что я сделаю, а что — нет?.. — выдавила я, в глубине души понимая, что он, чёрт возьми, был прав.
— Потому что я знаю тебя, Кейт. Ты не сможешь убить. Никогда, — с этими словами Том достал из кармана брюк мою палочку и положил её мне в ладонь. — Вот, держи. И делай всё, что посчитаешь нужным. А если всё-таки захочешь поговорить, то я буду у себя в кабинете, мне нужно разобрать бумаги. И передавай от меня привет своему дядюшке, это же к нему ты собралась за ядом?
Он насмешливо посмотрел на меня напоследок и быстрым шагом вышел из тёмной комнатушки. А я опять осталась в ледяной темноте наедине с демонами, жившими глубоко в душе.
И всё же я нашла в себе силы, чтобы выйти из холодной комнаты. Стук каблуков отдавал в уши, пока я шла до холла, но чем ближе была входная дверь, тем медленнее становились шаги, а уверенность в своём решении таяла на глазах. Легко было сделать что-то назло, в порыве злости, а вот с остывшей головой приходили совершенно другие мысли. В итоге я чуть надавила на дверь, и она протяжно скрипнула, а на меня сквозь щёлку подул свежий воздух. Но открыть дверь полностью я так и не смогла.
«Неужели ты сделаешь это, Кейт?» — раздался в голове противный голосок совести, и я стукнула лбом о дверь, не решаясь перешагнуть порог.
«Это будет последний кусок земли над моим гробом… — ответила я сама себе, снова надавив на дверь. — Если я рожу, то никуда уже не денусь…»
«А как будто у тебя до этого был шанс сбежать? — снова подала голос совесть, и я потянула ручку двери на себя, уменьшив тем самым щель. — Кого ты обманываешь, дурочка, он уже тебя не отпустит… а если ты сейчас выпьешь яд… он же легко может подстроить так, что ты забеременеешь снова, ему же нравится издеваться над тобой и предлагать моральный выбор? Но… ты же знаешь, что он ненавидит маленьких детей. Что бы Том ни говорил, но он их терпеть не может и… он не выдержит. Вдруг это твой шанс? Если ему надоест постоянный крик дома и твоя усталость, он… он может отпустить тебя… Любовная лодка разобьётся о быт, как и его иллюзии… Ты же уже делала так, помнишь, в школе? Давала ему то, что он хотел, и выигрывала? Что мешает снова поступить так? Ты же знаешь, что права?»
«Это живой человек… — возразила я, всё же не решаясь вновь толкнуть дверь. — Мне придётся его вынашивать, рожать… ухаживать… я не отдам его посторонней женщине».
«И что? — недоумевала совесть. — Как будто ты это уже не проходила? Да он же прав, тебе теперь даже беспокоиться ни о чём не надо: квартира есть, денег полный сейф, ты можешь позволить себе не работать и ухаживать за младенцем… где-нибудь подальше отсюда. Тебе же всего двадцать пять! И Тессу заберёшь, если он и разочаруется в детях, то во всех… Морган будет только рад помогать тебе. Неужели ты действительно сможешь убить? Сама же сказала, что это живой человек? Разве не именно это отличает тебя от него?»
«Надо подумать… — вздохнула я и окончательно захлопнула дверь, перекрыв тем самым себе доступ к свежему воздуху. — Пока ещё ничего не понятно, вдруг это просто сбой?.. Яд тоже пить просто так не стоит, потом неделю не встанешь с кровати, безопасных абортов пока ещё никто не придумал, даже волшебники… Надо как следует подумать».
Ещё раз стукнувшись лбом о дверь, я выпрямилась и повернулась к ней спиной. И не успела сделать и двух шагов, как заметила на самом верху лестницы-полукруга Тома. Облокотившись о каменные перила, он с интересом наблюдал за моими внутренними терзаниями, а заметив мой взгляд, довольно улыбнулся, и эта его улыбка так и кричала: «Я же говорил!»
«Сволочь», — подумала я, и в этот раз голос совести был со мной солидарен.
— Куда ты, Кейт? — насмешливо поинтересовался Том, когда я поравнялась с ним и пошла к другим лестницам в глубине дома.
— Спать, — не оборачиваясь, буркнула я, но Том меня быстро догнал. — Зайду к Дереку завтра днём, зачем его тревожить на ночь глядя? Тебе не надо разбирать какие-то важные бумаги?