— Да? — удивился Морган и хрипло рассмеялся, когда Тесса крепко обняла его. — И что же такого случилось, Тесси?
— Том и мама поженились! — сразу же выдала она, а Морган так и подавился табачным дымом.
— Что?!
Откашлявшись, он с немым ошеломлением уставился на меня, и я безжизненно посмотрела в ответ, а Том по-хозяйски приобнял меня за талию и притянул к себе.
— Представляешь?! Ты рад, дедушка?!
— О… оч… ень… — через силу выдавил Морган, не сводя с меня внимательного взгляда, но я только опустила глаза в пол, как бы прося прощения за такой свой поступок. — Мои… мои поздравления.
— Спасибо, — холодно и самодовольно ответил Том, продолжая крепко обнимать меня, а в зале, залитом осенним солнцем, так и звенела тишина.
Моргану понадобилось не меньше пяти минут, чтобы прийти в себя, а после он поставил Тессу, сидевшую у него на коленях, на ноги и, улыбнувшись, тихо проговорил:
— А у меня наверху для тебя новый альбом и краски… сбегаешь в свою комнату?
— Да! — тут же воскликнула она и пулей помчалась вверх по лестнице, а улыбка сползла с лица Моргана, только он снова посмотрел на меня.
— Надо же, какой секрет, даже меня не позвали… — проворчал он, так и сверля Тома взглядом. — И к чему такая спешка, интересно? Или вы давно всё распланировали, а в списке гостей были только избранные?
— Кейт плохо себя чувствует в последнее время, — холоднее прежнего ответил Том, почему-то не уходя как обычно, когда мы приводили Тессу к Моргану, а продолжая стоять рядом со мной. — И она не захотела никого приглашать, даже… родственников.
Губы Тома скривились в ехидной усмешке, а Морган настолько сжал руку в кулак, что побелели костяшки.
— Вот как… — протянул он, ещё пристальнее вглядевшись в моё лицо. — И с чего вдруг ей стало плохо?
— Не знаю, — Том безразлично пожал плечами и наклонился ко мне. — Наверное, вторая беременность даётся Кейт хуже, чем первая… ты не хочешь позавтракать?
На таком известии глаза Моргана расширились, словно у нашей непутёвой Веснушки, и он удивлённо вытаращился на меня, а я только обречённо выдохнула, как бы подтверждая, что это правда.
— Одна новость лучше другой… — язвительно заметил Морган и встал со своего места. — Только вот что-то супруга у тебя еле на ногах стоит… от счастья, наверное.
Том резко сжал руку, которой обнимал меня до этого, но боль была словно на периферии, будто я чувствовала своё тело сквозь толстый слой ваты, и все ощущения были сильно притуплены. И всё-таки прежде, чем кто-то из них успел потянуться за волшебной палочкой, я высвободилась из объятий Тома и осела на ближайший стул.
— Морган, хватит! — из последних сил воскликнула я, и он опустил руку, а я устало повернулась и уставилась на Тома, тоже приготовившегося к атаке. — Тебе не надо идти и заниматься своими делами? У тебя же их столько навалилось в последнее время, чуть ли не ночуешь в своём кабинете…
— Ты не ела, — опустив палочку, тихо проговорил Том, а в его ледяной голос вдруг закралось беспокойство. — Может, полежишь дома, а я сам потом заберу Тессу?
Действительно, меня начало так мутить по утрам, что я совсем перестала завтракать, и от этого обстоятельства сил не прибавлялось. Но провести последний выходной перед рабочей неделей в стенах своей тюрьмы тоже не хотелось, и поэтому я вновь вздохнула.
— Я могу полежать здесь, в своей комнате. И позавтракать тоже, но чуть позже, мне действительно плохо… Морган, ты угостишь меня вашими блинчиками?
— Конечно, Кейт, — чуть успокоившись, сказал он, а Том убрал палочку в карман мантии и развернулся в сторону выхода.
— Я приду за вами перед ужином, — напоследок бросил он и вышел на залитую солнцем улочку, на которой уже появились первые прохожие. И только мы остались одни в зале, как я обмякла на стуле, а Морган с неприкрытой тревогой следил за мной.
— Зачем? — всё, что он смог выдавить, и я опустошённым взглядом уставилась на него в ответ.
— Это вышло случайно, но я… я решила оставить ребёнка, а Том настоял на свадьбе. Всё равно я уже никуда не денусь, Морган… какая разница? Присмотришь за Тессой, пока я полежу немного в своей комнате? Что-то мне действительно не очень хорошо…
— Да хоть до самого ужина лежи, никто тебя не тронет, — хмыкнул Морган, а я с трудом нашла в себе силы, чтобы подняться на ноги, сделала три шага и кинулась к нему. — Ну что ты, малышка?..
— Я… я… я люблю тебя, — прошептала я, вспомнив, как Кассандра убивалась на могиле отца за то, что так и не удосужилась сказать эти слова. — Спасибо, что ты… что ты столько помогал нам и…