Тесса только сейчас словно заметила мужчин в чёрных одеждах, стоявших по всему холлу, и сразу стеснительно съёжилась от такого неприкрытого внимания к себе. Но Том взял её за руку и повёл по лестнице, а я с покрасневшим от стыда лицом взглянула на Дерека, стоявшего неподалёку от ошеломлённого Гарольда с Элеонорой, и собралась подняться по другой лестнице, у подножия которой стояла, как меня словно парализовало.
— Том, смотри, это Ингрид! — раздался восклик Тессы, слуги Тома, те, кто знал, о ком идёт речь, в страхе отпрянули от лестницы, кое-кто даже поспешил выйти на улицу, а я замерла на месте словно мраморная статуя, и мои руки начали дрожать крупной дрожью.
Огромная чёрно-синяя змея извиваясь сползала по ступеням «моей» половины лестницы, а, завидев на своём пути препятствие в виде меня, встала на дыбы и громко зашипела.
— С-с-сайя-я съес-с! — Том мигом поднялся в воздух и приземлился прямо передо мной, а после вытянул вперёд руку и властно прошипел что-то.
Ингрид тут же опустилась на ступени, а после быстрыми движениями заскользила мимо нас и уползла в дверь под лестницей, ведущей в восточное крыло, в котором в последнее время мало кто бывал. Но не успел Том повернуться ко мне, как я обессиленно упала на спину.
— Кейт! — прокричал Дерек, в самый последний момент поймавший меня, но я судорожно открывала и закрывала рот, не в силах сделать хотя бы самый маленький вдох, а руки дрожали так, что содрогалось всё тело.
— Кейт, она ушла! — воскликнул Том, перехватив меня, но я громко хрипела, постепенно теряя сознание от удушья. — Здесь больше нет змеи, Ингрид уползла!
Но приступ удушья только усиливался. Диафрагма сокращалась впустую, и ни одного миллилитра кислорода не поступало в альвеолы. Звуки вдруг как-то стихли, словно мне кто-то заткнул уши ватой или наушниками, а перед глазами начала появляться плотная чёрная пелена. Единственным ощущением, которое я ещё чувствовала, — были горячие руки, которые крепко держали меня.
— Кейт, очнись, посмотри на меня! — откуда-то издалека донёсся знакомый голос, и я попыталась открыть глаза и сфокусировать взгляд на говорившем. Постепенно воздух маленькими глотками начал проникать внутрь, а перед глазами появилось размытое лицо. — Кейт, я здесь! Я с тобой, дыши!
— Мама! — второй голос звучал не громче первого, но я узнала кричавшего, и это дало силы делать более глубокие вдохи, и темнота перед глазами отступала, а звуки становились громче. — Том, что с мамой?! Мама!!!
— Кейт, я с тобой, здесь больше никого нет, — уже тише проговорил Том, заметив, что я пришла в себя, хотя дрожь в руках осталась. — Ингрид уползла, её здесь нет, давай, дыши…
— Мама, что с тобой?! — плача, воскликнула Тесса, и я попыталась встать на ноги.
— Со мной… со мной уже всё хорошо… — прохрипела я, схватив левой рукой правую, чтобы моя дочь не заметила их дрожь. — Я просто… я боюсь… боюсь змей… солнышко…
— Но Ингрид хорошая! Она же просто попросила тебя отойти в сторону! Она боится, её что-то испугало в подвале… она говорила мне, что будет защищать нас! Она хорошая, правда! Она хотела предупредить и поэтому приползла наверх!
Тесса со слезами на глазах посмотрела на нас, а Том крепко приобнял меня со спины и выдохнул:
— Это моя вина, Тесса. Это я виноват, что твоя мама боится змей. Когда ей было столько же, сколько и тебе, я… я неудачно пошутил и попросил двух змей… напугать её. Ничего страшного не случилось, но с тех пор у твоей мамы дрожат руки. А потом… потом я познакомил её с василиском, большой-большой змеёй, в десять раз больше Ингрид, а твоя мама… ещё больше испугалась и стала задыхаться. Я не могу ничего с этим сделать. Пожалуйста, не надо больше искать Ингрид, я сам потом поговорю с ней и узнаю, что её напугало в подвале, договорились?
— Но зачем ты это сделал? — шмыгнув носом, спросила Тесса. — Ты же любишь мою маму!
— Люблю, — тихо ответил Том, чуть крепче сжав меня в своих руках. — Но тогда я был маленьким и глупым и не понимал этого. Мальчики взрослеют позже девочек, а мы с твоей мамой всё детство провели вместе… и за это время я успел сделать много плохих вещей с ней, о которых сейчас жалею.
— Меня Декстер тоже дразнит, а ещё он как-то потопил мой кораблик в ванной у тёти Кэс! Значит, мы с ним тоже поженимся, как вы с мамой, когда вырастем? А если меня кто-то будет обижать в Хогвартсе — это значит, что я ему понравилась?