В этот момент она поднесла палец к губам и подмигнула, и я тихо рассмеялась, кивнув в ответ.
— А знаешь, что, Кейт, — вдруг проговорила профессор, встав из-за стола, и я заинтересованно посмотрела на неё. — Один мой бывший ученик сейчас путешествует по Латинской Америке, он известный магозоолог. И он буквально на днях прислал мне превосходное какао, настоящее… я даже упаковку ещё не открывала! Давай попробуем?
— Это было бы замечательно, — широко улыбнулась я в ответ, и она принялась готовить для нас какао. И как только привычная чашка с миленькими цветочками оказалась передо мной на столе, в нос ударил знакомый превосходный запах шоколада, говоривший, что напиток действительно был очень качественным.
— Ну как, нравится? — спросила профессор Трэвис, когда я осторожно взяла в руки чашку с дымящимся какао и немного отпила.
— Да, очень вкусно, спасибо, — искренне поблагодарила я, потому как за эти полтора непростых года уже почти и забыла вкус шоколада.
— Мы с сестрой тоже обожали какао в детстве, — аккуратно сделав глоток горячего напитка, пояснила она. — Наша бабушка превосходно его готовила… и когда мы приезжали к ней на лето, она всегда баловала нас какао… Мисси была в восторге, — при упоминании сестры профессор Трэвис вдруг снова помрачнела, но, заметив мой обеспокоенный взгляд, сразу же взяла себя в руки и непринуждённо спросила: — Кейт, а ты уже думала, кем хочешь стать? Ты очень способная ученица, я не сомневаюсь, что тебя ждут неплохие перспективы, особенно в Травологии и Зельеварении.
— Эм… я хотела бы стать целителем, — вполне честно ответила я, решив, что специальность менять смысла особого не было. Она звонко рассмеялась моим словам и, сделав ещё один глоток, проговорила:
— Я почему-то так и думала, что ты это скажешь. Если в школе что-то случилось или кто-то заболел, то Кейт точно где-то поблизости! — я поджала губы, считая, что это был немой укор, якобы я виновата во всех несчастьях, но профессор Трэвис быстро «прочла» мои мысли и добавила: — Не принимай близко к сердцу, Кейт, я просто шучу. Но это на самом деле похвально, что ты пытаешься помогать другим поправиться… и у тебя ведь получается! Ханна мне рассказывала, как ты смогла утешить её перед экзаменами, дав воды с какой-то настойкой. И бедняжке Миртл помогла… И откуда ты только всё это знаешь?
Я в ответ только пожала плечами, тоже пригубив невероятно вкусный напиток, который стал постепенно остывать.
— Это на самом деле удивительно, Кейт. Я в одиннадцать лет не смогла бы так. И пульс считать не умела, а увидев человека с судорогами или кровавой раной на лбу… упала бы в обморок, это точно. Ты очень способная девочка. И очень трудолюбивая. И с палочкой разобралась, и с эссе… я же видела, сколько у тебя ошибок было в письменных работах в прошлом году… а сейчас дай бог если одна промелькнёт. Знаешь, поначалу ты была не очень общительной и дружелюбной, и я как-то сомневалась, что Шляпа сделала правильный выбор… а сейчас нисколько не сомневаюсь в этом. У тебя непростая судьба, и жизнь без семьи наложила свой отпечаток, но твоё трудолюбие и упорство заслуживают уважение. На Пуффендуе, может, учатся не самые смелые, или умные, или… родовитые, но… здесь учатся самые трудолюбивые, добрые и отзывчивые ребята. И ты одна из них, Кейт.
Такие слова были подобны чашке горячего какао, которую я держала в руках, и от них я была готова растаять, как зефирка на солнышке, честное слово.
— Спасибо, профессор Трэвис, — смущённо протянула я, покраснев до кончиков ушей. — Я… я тоже очень рада, что учусь именно на вашем факультете. Мне здесь очень нравится.
Она тепло улыбнулась мне и вдруг спросила:
— А ты не знаешь, кем хочет стать Том? Я вот думала как-то об этом, но даже ума не могу приложить, чтобы угадать, кем он будет. Такой талантливый юноша! Он действительно может стать кем угодно, пусть даже и министром магии! Знаешь, если бы он захотел претендовать на эту должность, то я за него проголосовала бы не раздумывая.