— Да, мне надо сделать задание по ЗОТИ, — задумчиво ответила я. — А ты же знаешь, наши просто не могут спокойно сидеть в гостиной, там постоянно шумно… а мне мешает. Прости.
— Да нет, ничего, я посижу с Хьюго, — сказала Ханна и широко улыбнулась. И по этой улыбке я поняла, что явно буду там лишней, даже если бы шум мне не мешал.
После ужина мы с Ханной распрощались в холле, и тут как раз к ней подскочил Хьюго, словно караулил, когда она останется одна. А я, перехватив сумку, неспешно поплелась в сторону библиотеки, но не успела подняться по парадной лестнице, ведущей к большой лестничной башне с движущимися лестницами, как меня тут же кто-то легко взял под руку.
— Кейт, добрый вечер! — улыбнулась мне профессор Трэвис, а я выдохнула про себя, боясь услышать совершенно другой голос. — У тебя всё в порядке?
— Да, всё хорошо, профессор Трэвис, — ответила я, вступив на одну из заколдованных лестниц.
— Опять идёшь в библиотеку? — с лёгким смехом поинтересовалась профессор Трэвис. Я в ответ улыбнулась, и она задорно рассмеялась. — Ох, Кейт! По-моему, ты там бываешь чаще, чем в гостиной своего факультета. Я даже начинаю ревновать тебя к библиотеке…
Тут профессор Трэвис подмигнула мне, и я не удержалась и рассмеялась вместе с ней. Так мы с ней прошли несколько пролётов, а потом остановились на одном, так как мне нужно было идти дальше по коридору, а мой декан явно направлялась в свой кабинет, который находился двумя этажами выше.
— Слушай, Кейт, — замявшись, начала говорить она, а я сразу напряглась от перемен в её настроении, — а… у вас с Томом всё в порядке?
«Ну и что я опять сделала, что ты на меня нажаловался?» — с отчаянием подумала я, поскольку не прошло и месяца с его «отравления» и нашего взаимного игнорирования, как всё опять возвращалось на круги своя. Но, собравшись, с мыслями, я максимально ровным тоном произнесла:
— Да, профессор Трэвис, у нас всё хорошо. А почему вы спрашиваете?
— Эм… не знаю, — пожала плечами в ответ профессор Трэвис, и теперь я ещё больше не понимала, что вообще происходит. — Просто вы до этого так тесно общались, в библиотеке вместе сидели, а теперь мне показалось, что вы… избегаете друг друга. И я подумала, вдруг вы поругались или…
— О нет, профессор Трэвис! — воскликнула я, ругаясь про себя, что мы настолько заигрались в брата и сестру, что когда наши отношения стали такими, какими они всегда и были, то окружающие сразу почуяли неладное. — У нас всё хорошо, мы не ругались. Просто Том сейчас много времени проводит с Элеонорой, а я… у меня навалилась учёба, скоро итоговые экзамены, и ещё я хожу в кружок по Зельеварению и к вам в кружок… в общем, просто как-то не выходит у нас часто видеться. Но у нас всё хорошо, спасибо за заботу.
— Вот как. Тогда прости меня, Кейт, если я лезу не в своё дело… — она даже как-то виновато посмотрела на меня, и я сразу сказала:
— Что вы, я не в обиде!
— Спасибо, Кейт. И ты не хочешь заглянуть ко мне послезавтра? Я наконец узнала, как Филиус заколдовывает те восхитительные кексы… хочу тоже попробовать, но одна боюсь…
— Конечно, профессор Трэвис, я приду, — тут же рассмеялась я, и профессор Трэвис тепло улыбнулась мне, похлопала по плечу и вступила на лестницу, поднимавшуюся на следующий этаж.
А я с широкой улыбкой направилась по коридору в сторону библиотеки. Правда, мне опять попалась стайка пауков, но я решила, что лучший способ снятия тревоги от неразгаданных тайн — это их игнорирование. И только я с комфортом расположилась за самым дальним столиком у окна подальше от редких посетителей библиотеки, как ко мне кто-то подсел. И только когда этот кто-то хорошенько кашлянул два раза, я оторвалась от учебника по ЗОТИ и вопросительно посмотрела на него.
— Простудился?
— Нет, но спасибо за заботу, — с широкой улыбкой ответил Том, а я закатила глаза и снова опустила взгляд в книгу. — Скучала по мне?
— Вот скажи, что мне надо сказать, чтобы ты ушёл отсюда? — проворчала я так, чтобы нашего тихого разговора не было слышно остальным. — Только намекни, и ты сразу это услышишь.
— Правда? — тихо рассмеявшись, спросил он. — Ты готова сказать всё, что я попрошу? Действительно всё?
Тяжело вздохнув, я оторвалась от строчек учебника и пристально посмотрела в угольно-чёрные глаза, в которых был бессовестный смех.
— Всё же было так хорошо, ты избегал меня, я тебя… вот и зачем ты сюда опять пришёл? Чего тебе ещё надобно от меня, старче?