— Вот видишь, — Костя удовлетворенно продемонстрировал результаты трактирщику, — как, заработали мы свои денежки?
— Ну–у–у, — протянул Гастон, — иногда молоко и само по себе до этого времени не киснет.
— Так вот это же скисло, — Константин возмущенно ткнул в сторону контрольного кувшина, — это же молоко с той же дойки от той же коровы. Ты чего крутишь?
— Так я что, — стал оправдываться трактирщик, — если я деньги плачу, так и знать должен насколько эта ваше колдовство действует. Может молоко через час скиснет.
— Хорошо, подождем до вечера, — Николаев закрыл обратно кувшин с пастеризованным молоком и поставил его на полку. Контрольный кувшин он пододвинул к Гастону, — это можешь забрать. Свою службу он уже сослужил. А колдовства, кстати, тут не больше чем в колодезном вороте. Можешь святой водой побрызгать или священника позвать, чтобы освятил машину. А пока давай кушать неси. Давно пора было поесть.
Друзья отдали должное обеду, после чего под руководством Гастона осваивали искусство запрягания кобылки и хитросплетения упряжи, чем снова вызвали удивление трактирщика.
— Как же вы там у себя живете если лошадь запрячь не умеете?
— А ты рифы на бизани взять можешь? — парировал Борис, довольно быстро разобравшийся в хитросплетениях лошадиных ремешков и, глядя на ошарашенное лицо Гастона, рассмеялся. — Вот видишь — ты даже слов таких не знаешь. Мы же в море почти все время. Там лошадей нет, а на суше обычно нанимаем кого–либо.
Вместе с Гастоном они прокатились до перекрестка дорог и обратно. Низкорослая кобылка мышастого окраса бежала довольно резво и хорошо слушалась вожжей. Бричка, однако, поразила друзей своей примитивностью. Длиной около двух метров, она могла вместить не более четырех человек, либо пару человек и какой–то груз. Трясло в ней неимоверно. Даже намека на рессоры не было. Задняя ось была закреплена жестко, а передняя слегка гуляла в проушинах, позволяя совершать некрутые повороты.
— Ох, всю задницу отбил, — пожаловался Константин, вылезая из своего будущего экипажа, — надо будет подушки на сидение прихватить, а то не доедем.
— Вот тебе еще область прогрессорства, — хохотнул Борис, — Можем каретную мастерскую открыть. Рессоры клепать.
— А из чего ты их клепать будешь? Стали приличной еще нет, — возразил Николаев, — можно конечно ременные делать, но их постоянно подтягивать надо, да и идею тут же слямзят.
— Наверное слямзят, — почесал в затылке Гальперин, — к тому же гильдия каретников попытается нам козью морду устроить, если мы сами в нее не вступим. А это не так просто, как я читал.
— Это точно, — Константин начал загибать пальцы, — во–первых, за вступление надо деньги платить, которых у нас пока нет. Во–вторых, в этих гильдиях всегда очередь на вступление из бывших подмастерьев на несколько лет. В–третьих, ты каждый год там должен приличные взносы платить, поболее, чем в профсоюз. В–четвертых, если я не ошибаюсь, обязуешься следовать ихней технологии, чтобы у всех членов гильдии один продукт был, и друг у друга заказчиков не отбивать.
— Тогда нафиг нам это надо, — Борис разочарованно сплюнул, — ладно придумаем еще как заработать. Хотя свою задницу жалко. Надо хотя бы себе какую–то амортизацию сделать.
— Можно с автомобиля рессоры снять, — предложил Костя, — только всю подвеску брички переделать придется.
— С автомобиля много чего снять можно, — махнул рукой Борис, — те же зеркала выгодно продать можно, и кое–что еще для дела приспособить. Только знаешь Костя, я предлагаю пока там не светиться. Давай сначала устроимся где–нибудь на постоянно, а потом фуру большую возьмем и весь автомобиль вывезем. Тогда и разбирать его потихоньку будем.
— Не возражаю, — согласился Костя входя в таверну.
Убедившись, что пастеризованное молоко до сих пор не скисло, дядюшка Гастон признал победу разума и вручил друзьям честно заработанные три ливра. Договорившись, что передача новой технологии состоится на следующее утро они поужинали и поднялись к себе в комнату, прихватив с собой пару кувшинчиков вина.
За обсуждением способов заработать на жизнь и вариантов устройства в новом мире они засиделись далеко заполночь. Улеглись только когда закончилось вино и приобретенная накануне вяленая рыба.
Глава 9
Как и накануне, друзей разбудил петушинный крик.
— Бр–р–р, в суп тебя, — Константин потряс головой спросонья и взглянул на часы, — шесть двадцать только. Борька, давай еще поспим. Мы же еле–еле пять часов спали.