Я специально прихожу на завтрак, чтобы успеть к «приёму заказов», подхожу к столику, где расположилась их компания, и прошу привезти мне пакет пончиков. Хироши странно смотрит на меня, Саки криво улыбается. Я никогда не был сластёной, мучное тем более не ем. На законный вопрос, зачем мне это, таинственно сообщаю, что так нужно и желательно — как можно скорее, прощаюсь и иду на занятия.
День пролетает очень быстро, а ближе к вечеру Хироши сам меня находит и, удивлённо пожав плечами, вручает целый пакет жирных, сладких, пропахших маслом пончиков, посыпанных сахарной пудрой. Я пытаюсь всучить ему деньги, но он только крутит пальцем у виска, желает мне не обляпаться и уходит.
Я иду на третий этаж своего крыла, останавливаюсь перед дверью «60S» и стучусь. Открывают мне спустя полминуты, причём Коя. Не то чтобы я не ждал её здесь увидеть — в последнее время они уже и ночуют вместе, в одной постели. Интересно, Нагиса в курсе?
— Чего тебе? — как обычно хмуро и невежливо.
— Пришёл навестить Ямато. Пустишь?
Она с подозрением косится на пакет, который я держу в руках, и, кажется, хочет выпроводить меня вон, но тут за её спиной раздаётся слабый голос:
— Коя, перестань. Впусти его.
Коя отходит в сторону, и я наконец-то вижу Ямато. Лежит в постели, укутанная в одеяло, как в кокон. Лицо почти зелёного цвета, на лбу испарина, тумбочка рядом уставлена стаканами воды и пузырьками с таблетками. Но она всё-таки приветливо улыбается. Мне нравится Ямато. Она всегда улыбается: и приятелям, и врагам, и когда плохо, и когда весело. Наверное, поэтому она кажется мне очень красивой.
— Эй, ты как тут? — прохожу в комнату и присаживаюсь на стул возле кровати.
Морщась, она садится повыше и снова улыбается.
— Порядок. Завтра уже приду на занятия.
— Я тут тебе кое-что принёс, — протягиваю ей пакет.
Ямато открывает и звонко смеётся.
— Сэй… Спасибо. Где ты их достал?
— Знаю пару мест.
— Тебе нельзя это есть, — говорит Коя, стоя за моей спиной.
— Брось, Коя, — Ямато беспечно машет рукой и вынимает пончик. — Я и так целый день ничего не ела.
— Потому и нельзя. Они вредные. Желудок испортишь.
— Если испорчу, Нагиса починит, — хмыкает Ямато и смачно вгрызается в жирный кусок теста. — Ты мне чаю не сделаешь?
Коя послушно идёт к столику, на котором примостился чайник и две чашки, однако продолжает негромко нудеть:
— Ты на диете. Нагиса-сенсей сказала, что от жирной пищи что-то происходит с кровообращением.
— А у тебя самой ничего с ним не происходит? — не выдерживаю я. — Ты-то сегодня, наверное, ни завтрак, ни обед не пропустила.
— Да, — Коя деловито поправляет очки. — Но со мной всё в порядке. Проблемы у Ямато.
— Ладно тебе, Коя! Нет никаких проблем, — Ямато берётся уже за второй пончик, но я слышу в её голосе напряжение. Видимо, опять поругались и, видимо, опять из-за того же.
Неясно почему, но курсы дряни, которой пичкает их Нагиса, Ямато переносит намного хуже. И побочных эффектов больше, и действие слабее. Но она старается это скрывать, и от Кои тоже. Если верить её словам, Нагиса бывает очень недовольна ходом эксперимента, когда реакция на препараты не такая, как положено, и время от времени сокрушается, что выбрала для проекта такую хилую Жертву. А Нагиса — дамочка без царя в голове. С неё станется увеличить дозировку препарата для Ямато, чтобы из неё совсем все кишки наружу полезли, или вообще другую Жертву взять. Поэтому о проблемах со здоровьем Ямато предпочитает отмалчиваться.
— Ты всегда так говоришь, — Коя протягивает ей одну чашку, а вторую берёт в руки и прислоняется к столу. Мне, понятное дело, даже не предложила, хотя я бы и сам не стал с ними чаёвничать.
— Не обращай внимания, меня просто немного тошнит, — Ямато уже не улыбается, а задумчиво пережёвывает кусок пончика. Но потом, будто проснувшись, снова весело смотрит на меня. — Ты ещё что-то хотел?
— Да, вообще-то. Как говорится, не в службу, а в дружбу… Я просто пытаюсь узнать имя того Бойца…
— О, опять! — не дослушав, она закатывает глаза и суёт надкушенный пончик обратно в пакет. — Я же тебе говорила, что не в курсе, как его зовут. Коя, ты его знаешь?
— Кого? — Коя хмуро смотрит в свою чашку и не поднимает головы.
— Ну этого… Цаплю в очках.
— Нет.
— Видишь, Сэй, ничем не могу помочь.
— Да погоди ты! Я помню, что ты не знаешь. Но догадываюсь, кто может знать.
— И кто же?
— Sleepless. Кинка наверняка с ним знаком.
— Ну так и спроси у него. А… — она хитро прищуривается. — Ты же наорал на его девочку. Ещё не помирились?
— Нет. И наверное, уже не в этой жизни.
— Плохо. Ну а что ты хочешь от меня?
— Ты же с ней общаешься…
— Та-а-к, — тянет Ямато, смеясь. — Ну не то чтобы очень общаюсь, но, по крайней мере, я её не посылала на глазах у всей столовой.
— Ну и… Ты бы не могла?..
— Хочешь, чтобы я у неё узнала? Пончики за этим принёс?
— Пончики принёс, чтобы поднять тебе настроение. Когда ты в духе, ты становишься сговорчивее.
Она опять смеётся и качает головой.
— Сэймей, иногда мне кажется, что более практичного и пронырливого человека просто не существует. Ты выкрутишься в любой ситуации.
— Приму как комплимент, — отвечаю с улыбкой. — Так ты поможешь?
— Ну… я не знаю. Если Гинка узнает, что это ты выясняешь, она вряд ли расскажет.
— А ты спроси у Кинки. Ему точно не придёт в голову узнавать, для чего тебе это.
— Хорошо, — кивает она после недолгих колебаний. — Завтра попробую. А ты, кстати, зачем интересуешься?
— Не знаю, — очень трудно сохранять безразличный тон, когда перед глазами снова встаёт его лицо. — Просто интересно, кто этот наглый загадочный фрукт.
— Э, нет, — Ямато внимательно сощуривается. — Сильно же он тебя зацепил.
— И ничего не зацепил. Просто…
— Ну да. «Просто интересно». — Я молчу. Переубеждать Ямато — всё равно что спорить со своим отражением. — Скажи, ты почувствовал что-то, да?
— Не знаю. А ты что почувствовала, когда впервые увидела Кою?
Ямато длинно выдыхает и откидывается на подушки, глядя в потолок так ностальгически, словно видит на нём свои старые фотографии.
— Я же тебе вроде бы рассказывала. Просто увидела и поняла, что это моя вторая половинка. А ощущения? Не знаю, смешанные. И волнение, и ступор, и радость — всё одновременно. И ещё… как будто мы давно знакомы, просто сто лет не виделись.
Ох, что-то мне это напоминает. Поворачиваюсь к Кое, которая так и замерла с чашкой в руках.
— А ты?
— То же самое.
Вот как? Значит, если я прав, то и он должен был что-то почувствовать? Но он даже не смотрел в мою сторону. Может, не заметил? Не я же сматывался с урока и у всех на виду спорил с Такадой-сенсеем.
Посидев у Зеро ещё минут десять, я иду к себе и снова полночи валяюсь без сна. На этот раз меня занимает вопрос: почему он не увидел меня, если я увидел его? А если я всё же ошибся? Если это вовсе не он? Ведь Связь не может работать в одном направлении. С другой стороны, на Зеро равняться глупо. Их создавали друг для друга, их пару составляли на генетическом уровне. Понятное дело, они дышат в унисон. Может, у обычных пар всё происходит иначе? Может, на самом деле нужно заметить, чтобы увидеть?
Следующим днём мне удаётся узнать о «сюрпризе», обещанном Айко. Я как раз иду по пустынному коридору в сторону библиотеки, когда в спину летит насмешливое:
— Эй, Beloved!
Оборачиваюсь, и по телу проходит неприятная дрожь. Так бывает всегда, когда я смотрю на эту пару. Потому что вот уж кто выглядит пугающе — так это они. На первый взгляд страшного в них ничего нет: просто Жертва-парень и его сестра-Боец, оба с ничем не примечательной внешностью. Но если посмотреть подольше, начинает казаться, будто черты их лиц постепенно размываются, превращаясь в светлые пятна с пустыми глазницами, едва различимой линией губ и намёком на вертикаль носа. Говорят, несистемные ничего не замечают, да и даже из нас такими их видят немногие. Я каким-то образом попал в число «счастливчиков».