— Что?! Так нечестно! — Гомон кидается к Бойцу, но Нисей преграждает ей путь.
— Сэй, мне держать этого здесь?
— Нет, давай по старинке.
Нисей подходит к Токино и метким ударом в висок выключает его из действительности, затем выгружает Систему. Микадо плачет, глядя на бессознательного Бойца, которого Нисей подтаскивает за ноги к дереву. Минуту спустя Фудзивара уже сидит, накрепко привязанный к стволу припасёнными верёвками, так и не придя в сознание.
— Что скажешь теперь, Микадо? Полезен оказался твой Боец?
— Это подло! — всхлипывает она. — Ты даже не дал ему времени подготовиться!
— Подготовиться? Это была настоящая полевая битва. Ни один противник не дал бы вам времени приглаживать пёрышки. Если твой Боец не слишком расторопен, то, скорее всего, он становится мёртвым Бойцом. Но не бойся, — усмехаюсь я, когда она зажимает ладонями рот, и подхожу ближе, — я не собираюсь его убивать. Пусть твой рыцарь пока остаётся со своей королевой.
В этот момент «рыцарь» наконец приходит в себя и слабо мычит — Нисей догадался заткнуть ему рот, так что возмущений Фудзивары мы, к счастью, не услышим.
— Микадо, посмотри на меня и внимательно послушай, — я беру её за подбородок и заставляю повернуть голову ко мне. — Будет он жить или умрёт, сейчас зависит только от тебя. Я хочу, чтобы ты честно отвечала на мои вопросы, поняла меня?
Она хмурится и торопливо кивает. Но этого недостаточно. Собравшись, внимательно вглядываюсь в её зрачки.
— Ты будешь говорить мне только правду. Ты не сумеешь солгать. Ты ответишь на все мои вопросы. Ясно?
Её глаза застывают на мне. Она становится такой внушаемой, когда боится…
— Да, Сэймей, — испуганно шепчет Микадо.
— Хорошо. Когда тебя арестовали, ты была с Токино?
— Да, но ему не позволили ехать со мной.
— Куда тебя поместили?
— В изолятор.
— Кто тебя допрашивал?
— Они все. Вместе и по отдельности. Сначала Кунуги-сан, потом Минами-сенсей, потом Чома-сан…
Токино протестующе хрипит, но Гомон его не слышит.
— Ты рассказала им, что это я скачивал данные?
— Да.
— Ты рассказала, что я передавал их «Белому орлу»?
— Да.
— Ты рассказала, что дала мне свой пароль?
— Да.
— Ты рассказала, что я оставил «жука» в щитке?
Она вдруг моргает, и её глаза широко распахиваются.
— Н-нет…
Мои брови удивлённо поднимаются.
— Говори правду, Микадо! Ещё раз: они знают, что я оставил «жука» в щитке ограды?
— Я даже не вспомнила об этом… Я только рассказала, что ты перевёл управление системы безопасности на пункт охраны, и они сразу вернули всё как было.
— «Жук», Микадо! Он всё ещё там?
— Н-не знаю… Наверное.
Я отхожу от неё и запускаю руки в карманы. Мой «жук»… Крохотное устройство, которое слепил однажды Хидео и с гордостью мне его вручил. Сам по себе «жук» безвреден, он просто вклинивается в систему наблюдения, считывает все пароли для доступа и выжидает, пока к нему не подключатся. Удобная штука для быстрого проникновения. Если требуется спешное вторжение, то, чтобы вырубить всю систему, уже не нужно второй раз идти к щитку, расположенному на внутренней стороне ограды, у контрольного пункта. Достаточно просто подключиться к «жуку», взломав запасной пульт управления, который находится, по счастью, с внешней стороны. Если Нана не сменила все пароли… значит, мой «жук» до сих пор в деле.
«Жуком», кстати, назвала устройство Микадо, за очевидное внешнее сходство. Она бы ничего и не знала о нём, если бы мне не потребовалась её помощь: она отвлекала охрану, пока я возился в щитке.
Так что получается? Теперь у Гомон появилась ещё одна пикантная деталь, которой она может поделиться с Советом. Нужно бы сделать так, чтобы её язык оставался ровно там, где ему и место. А значит, расправляться с Фудзиварой пока нельзя.
— Умница, Микадо, — говорю я с улыбкой, снова возвращаясь к ней. — Рад, что хоть один мой секрет ты умудрилась не разболтать. А теперь слушай меня ещё внимательнее, чем прежде. Если ты хоть кому-то скажешь о «жуке», или о том, что меня видела, или о том, кто вызвал Токино последние два раза… Я сотру твоего Бойца в порошок. Ты не сумеешь его защитить. А после того, что я с ним сделаю, тебя саму уже некому будет защищать. Ты поняла меня?
— Поняла, — быстро шепчет Микадо, облизывая пересохшие губы.
— Микадо, ты никому не скажешь об этой встрече.
Дождавшись нервного кивка, я разворачиваюсь и уже собираюсь приказать Нисею освободить Токино и переместить нас в Яманаси, как вдруг Гомон бойко выкрикивает мне в спину:
— Но только при одном условии!
Токино панически мычит, у Нисея вырывается смешок. Я медленно оглядываюсь.
— Что ты сказала?
— Я сказала, что никому ничего не скажу, но только при одном условии, — её глаза гневно сужаются. Как интересно…
— Ты что-то перепутала, Микадо. Кажется, жизнь твоего Бойца — это и было твоё условие.
— Это не моё условие, а результат твоей подлости! Я не собираюсь рассказывать Совету, что ты жив. Но я должна знать… — её голос срывается, и она опускает голову. — Я должна знать, что ошибалась. Что если бы я промолчала, ты бы выполнил обещание и взял бы меня с собой.
Акаме бросает быстрый взгляд на меня и, что-то углядев в моём лице, тихо бормочет:
— Остановись, дура.
— Микадо, — улыбаюсь я, — забирай Бойца и иди к чёрту.
— Нет! — она смело вздёргивает голову, хотя в глазах стоят слёзы. — Сначала ты сделаешь то, что я скажу. И тогда я тебя не выдам.
Девочка, ты правда думаешь, что находишься в том положении, чтобы торговаться? Или у тебя совсем нет инстинкта самосохранения? Или тебе так пришлась по душе роль того, кто контролирует ситуацию? Знай же, что для контроля нужно нечто большее, чем простое бахвальство.
— И что же я должен сделать? — насмешливо спрашиваю я.
— Я знаю, что ты злишься на меня. Но докажи, что все твои слова не были ложью. Сделай это…
— Что именно?
Она сглатывает и несколько секунд мнётся.
— Забери мои Ушки.
Акаме присвистывает, Токино отчаянно трепыхается в путах. Я чувствую, как кровь закипает в венах, и злобно сжимаю кулаки. Больше всего на свете мне сейчас хочется убить её. Не в поединке, нет. Задушить собственными руками и с удовольствием смотреть, как её глаза вылезут из-под век и лопнут.
— Я не собираюсь даже прикасаться к тебе.
— Тогда я всем расскажу, что ты жив! — выкрикивает она сквозь слёзы обиды.
— Не расскажешь, — тихо отвечаю я. — Не посмеешь.
— Расскажу! Я…
Она осекается, когда я поднимаю ладонь.
— Ты правда так хочешь расстаться с Ушками?
— Да, — всхлипывает она.
— И тогда ты будешь молчать?
— Да.
— Ладно, Микадо, — улыбаюсь я. — Будь по-твоему. Нисей, возьми её.
На несколько секунд становится так тихо, словно у реальности выключили звук. Облегчение, едва проступившее на лице Гомон, постепенно сменяется ужасом. Акаме смотрит на меня в упор, неверяще моргая. Первым приходит в себя Токино и принимается ожесточённо барахтаться и мычать.
— Нет… — Микадо медленно отступает назад.
— Нисей, мне повторить приказ?
— Что ты имеешь в виду?..
— Ровно то, о чём ты подумал. Наш уговор: молчание в обмен на Ушки. Так забери их.
— Не надо… — Микадо плачет и отходит всё дальше.
— Нисей, возьми её. Это приказ.
Делаю посыл по Связи, чтобы Акаме не сомневался в серьёзности моих намерений. Он дёргает плечом, подходит к Гомон и хватает её за руки. Короткая борьба, вскрик — и вот она уже лежит на земле, придавленная его телом. С абсолютно непроницаемым лицом Нисей заламывает её руки и задирает юбку. Слышится треск ткани и протяжный визг. Он зажимает ей губы ладонью.
Смотреть там не на что, и я подхожу к Токино, не отрывающего от неё мокрых глаз. Он уже не мычит и не дёргается, просто тянется в ту сторону так, что под верёвками проглядывают красные вмятины на коже.
— Эй, ты, — я пинаю его в ногу, заставляя обратить внимание на себя. — До тебя донесу информацию персонально. Если хоть одно слово, произнесённое сегодня здесь, станет кому-то известно, я заставлю тебя смотреть на это ещё раз. А потом заставлю её смотреть на то, как убиваю тебя. Надеюсь, ты это запомнишь.