— Как самоуверенно. Ты запудрил Рицке мозги, вдобавок на него действует Связь. Поэтому что бы ты там о себе ни возомнил, сам он никогда бы не полюбил такого как ты. Ты ему не нужен. И совсем скоро, когда та пародия на Связь, которую ты создал, истончится, он даже о тебе не вспомнит.
Соби отвернулся ещё в начале моих слов, поэтому его лица совсем не видно. А жаль, я бы с удовольствием посмотрел на выражение, которое он прячет. Не дождавшись ответа, продолжаю:
— А что до тебя… Рицку любить легко, правда? Я знаю, каково это. Так легко любить того, кто неустанно говорит о своей любви, пусть и не словами. Так легко… — а вот один из шипов добрался и до дрогнувшего голоса.
Соби медленно поворачивает ко мне голову, широко распахнув глаза. Помимо удивления, в них есть что-то ещё, тонкое и неистовое, но безнадёжно ломкое…
— И, наверное, так трудно полюбить того, кто тебя… не любит.
То, что я разглядел в его зрачках, теперь должно погаснуть, скукожиться и исчезнуть навсегда! Но Соби почему-то продолжает внимательно смотреть мне в глаза, как будто… тоже что-то видит...
— Трудно, — шепчет он наконец, и мне уже кажется, что его взгляд вновь лишился всякого выражения. Но тут добавляет: — Но чуть легче, чем того, кто этого просто не показывает.
Кресло подо мной теряет твёрдость, и я лечу и лечу бесконечно вниз, пытаясь уцепиться за подлокотники. Мой шар обрастает новыми шипами, совсем тонкими, как иглы, и их становится всё больше и больше, они пробивают грудную клетку насквозь и выходят через горло… Но сам шар почему-то стал невесомым, словно свинец превратился в воздушный пузырь.
— Да, наверное, так всё и было, — говорю я, заставив себя вернуть контроль над голосом. — Возможно, Ритсу тебя действительно любил, как-то по-своему. Только не показывал.
Соби смотрит на меня ещё несколько секунд, а потом, к счастью, отворачивается, чтобы снова прикурить. Я незаметно выдыхаю и тут же вздрагиваю, когда дверная створка размашисто отъезжает, и на пороге возникает Накахира.
— Сэймей, ты ещё долго будешь тут торчать? Может, раз все теперь в сборе, прекратишь наконец морить себя голодом и пожрёшь как следует? Или мне ещё и тебя пичкать кашкой, как болезного?
Ох… Накахира. Рано я порадовался, что ты пришёл. Как же ты мог, трепло поганое?
— Садись за стол, а то опять я у сенсея во всём виноват!
Он разворачивается и скрывается в кухне, но дверь остаётся открытой. Соби быстро косится на меня с — чёрт бы его драл! — пытливым интересом.
— Я голодаю?
— Заткнись! — шиплю я, поднимаясь на ноги. — Объясняю один раз и советую запомнить сразу. Запрещаю тебе покидать дом, связываться с кем бы то ни было или отвечать на звонки и сообщения без моего разрешения. Прекращаешь с обиженным видом торчать на крыльце и продолжаешь делать это у себя в комнате. Как только мы, нормальные люди, закончим ужинать, пойдёшь на кухню, сядешь за стол и съешь всё, что найдёшь у себя в тарелке. Ни с кем первым не заговариваешь и ни на кого даже не смотришь. Ведёшь себя так, словно тебя тут вообще нет. Всё вышесказанное является приказом. Это ясно?
— Я понял тебя, — спокойно отвечает Соби, продолжая въедливо смотреть мне в глаза.
Всё, что я наговорил Соби, без Связи не может считаться полноценным приказом, а закрепляющее звено сейчас — всего лишь слова, которые Боец трактует в меру своей совести. Соби, тем не менее, в данный момент демонстрирует идеальное исполнение полученных инструкций, какое я от него нечасто видел. Всё время, которое не занимает удовлетворение первичных потребностей организма, он сидит у себя в комнате, а если и выползает покурить на крыльцо, то разговаривает исключительно с Чияко или отделывается односложными ответами от Накахиры, который тоже старается без надобности к нему не лезть.
Больше всего я опасался проблем с Нисеем, но, вопреки ожиданиям… их просто нет. Я приказал Нисею не конфликтовать с Соби, и в моём присутствии он обходится только злыми подначками, остающимися без ответа. Возможно, когда меня нет рядом, Соби выслушивает от него и что-то похуже, но виду, во всяком случае, не подаёт. Мне, признаться, плевать на односторонние пикировки, лишь бы драки не случилось. Но для этого они оба на удивление хорошо держат себя в руках. Я-то боялся, что Нисей не преминет отомстить за сломанный палец, но, кажется, разговор в Рицкиной комнате подействовал на него благотворно.
Мои Бойцы лишили меня одной головной боли, но легче от этого не стало. Наша с Соби Связь по-прежнему неактивна, потому что пока я не придумал, как заставить её работать нужным мне образом. Да, я открою её, и у меня по-прежнему будет два полноценно функционирующих Бойца, вот только будут они, как и прежде, по отдельности, а это немного не тот результат, к которому я изначально стремился.
Нисей появился у меня в самом разгаре свистопляски с Кингом и Лунами, и на тот момент он нужен был мне сам по себе, поэтому я не задумывался о сведении Бойцов в одну связку. Теперь же, когда оба они находятся рядом, а угроза от Лун возросла в сто крат, у меня должен быть какой-то ощутимый перевес. Получу я его лишь в одном случае: если сумею составить боевую тройку.
— Это невозможно! — сразу заявляет Чияко, однако радушно ведёт меня к неприметной откидной лестнице на чердак. — Ты и сам это знаешь. Оператор не может войти сразу в две программы под разными логинами… Хотя логин-то получается один… Ох, не знаю.
Она просовывает руку куда-то в недра стенного шкафа, и сверху, стряхнув кучу пыли, вываливается лестница. Я с сомнением смотрю на серые от пыли и, возможно, не слишком прочные ступени.
— Этими книгами не пользовались много лет, и… Почти все они принадлежали Сацуко, я убрала всё на чердак, когда она уехала. Не думала, что кому-то может понадобиться — ведь почти всё это есть в школьной библиотеке.
— Вы сказали, там есть что-то полезное по Связям.
— Да, должно быть. Она день и ночь штудировала те книги, чтобы выяснить, как наиболее безболезненно порвать нашу Связь. Раз она нашла ответ, то, думаю, сможешь и ты. Там, правда, никто не убирался уже столько времени…
— Сенсей, а почему она уехала? — спрашиваю я, пробуя ногой первую ступеньку.
— Влюбилась и вышла замуж, — Чияко закатывает глаза.
— Она так и не вернулась?
— Она родила дочь, а через год умерла от пневмонии. Но к этому времени от нашей Связи уже ничего не осталось, я даже ничего не почувствовала. Узнала об этом из письма от её мужа. Ну, удачи.
Мурлыкая что-то себе под нос, Чияко проворно исчезает, а я осторожно поднимаюсь на чердак. Книг здесь действительно неимоверное количество: кривые высокие стопки занимают почти весь пол, а свободного пространства между ними ровно столько, чтобы смог протиснуться один человек средней комплекции. Ловко маневрирую между ними, стараясь поднимать поменьше пыли, отыскиваю подходящие названия на корешках и, поняв, что получившуюся стопку один не спущу, принимаюсь звать Нисея.
Чтобы изучить всё, что я нашёл, у меня уходит весь день. «Физика Системной материи», «Основы установления и разрыва Связи», «Последствия потери контакта с Системой», «Системное пространство как двоичный код», «Расчёт силовых затрат для управления Связью», «Физические и химические основы взаимодействия Жертвы с Системой», уже знакомая «Создание и разрыв искусственной Связи»… Ни одна из этих книг не сообщает мне ничего утешительного. Конечно, я и не ждал, что наткнусь вдруг на брошюру «Как сплавить две Системы двух разных Бойцов в одну: пособие для чайников», но из того, что собрал воедино, вытекает лишь один вывод: мой случай системному миру неизвестен, поэтому никому и не пришло в голову заниматься его теоретической проработкой.
Я даже почитал книгу об исторически известных чистых Бойцах, коих было не так уж и много. Автор книги и сам толком не в курсе, откуда они берутся, потому что появление на планете Жертвы и Бойца — это как сход с конвейера пальчиковой батарейки с положительным и отрицательным зарядом на разных концах. А значит, некие чистые Бойцы, по умолчанию лишённые пары, не более чем системная ошибка. Все описанные автором Бойцы издавна имели статус «запасного» и предлагались Жертве в случае гибели её собственного. Даже история Хидео подходит сюда гораздо больше моей, ибо то, что задумал я, ещё никто ни разу не проделывал.