Газета «Правда», выражая мысли и чувства советских людей, в те дни писала: «Нельзя ни на шаг дальше подпускать врага к Москве! Пусть знает каждый боец, каждый командир и политработник: за его спиной город, дорогой всей нашей стране, сердце нашей Родины. Пусть знает: ему доверили свою жизнь, свободу, честь жители Москвы, отцы, матери и дети... Сильнее удар, и надломленный враг не выдержит... Наступил момент, когда можно остановить его, чтобы сломить».
Редакционную статью «Правды» коллективно читали на передовой во всех подразделениях. Мне довелось быть в 4-й роте 2-го батальона. Располагалась она в окопах, вблизи Бежецкого шоссе. После того как агитатор закончил чтение статьи «Правды», перед бойцами выступил командир роты коммунист Букшенко. Говорил он тихо, но так проникновенно, что каждое слово врезалось в память:
— Пройдет или не пройдет враг на Бежецкое шоссе, сумеют или не сумеют фашисты окружить Москву — это зависит не только от нашего высшего командования, но и от нас с вами... — Затем Букшенко достал из кармана аккуратно сложенный листок, развернул его.
— Здесь вот самое главное... Если я погибну, завещаю вам, мои боевые друзья-однополчане, не отступать ни на шаг. Ни один вражеский танк не должен выйти на Бежецкое шоссе.
Слова коммуниста отозвались в солдатских сердцах.
— Будьте уверены, товарищ командир, никто из нас не сделает ни шагу назад! — громко, будто за всех, произнес стоявший рядом со мной красноармеец Петр Зайцев.
Проявив железную стойкость и упорство, воины нашего полка не позволили гитлеровцам выйти на Бежецкое шоссе с Ново-Бежецкой улицы. Немецким танкам пришлось свернуть левее. Они устремились по Старо-Бежецкой улице. Стало ясно, что противник предпринял обходный маневр с целью вырваться на шоссе. Вражеские танки приближались к противотанковому опорному пункту, который возглавлял командир роты Максим Иванович Башкатов. Этого боевого офицера хорошо знали в полку. Перед войной он окончил Минское пехотное училище и пришел к нам командиром взвода. Вскоре его назначили заместителем командира роты, а потом ее командиром. Башкатов хорошо подготовил людей к встрече немецких танков. Они заминировали подступы к переднему краю. Роту поддерживали взвод 82-мм минометов, отделение противотанковых ружей, два 45-мм орудия. Когда танки стали подходить к переднему краю, башкатовцы (так называли себя воины роты) обрушили на них шквал огня. Два танка были подбиты. Враг отступил.
С 27 по 30 ноября — это, пожалуй, самые критические дни битвы под Москвой — войска Калининского фронта непрерывными контратаками сковывали немецкие дивизии, не допустили их переброски под Москву. Было приятно сознавать, что и наш 937-й стрелковый полк внес посильный вклад в решение этой задачи.
Москва непобедимая
В ночь на 3 декабря полк передал участок обороны частям 29-й армии и совершил марш в район восточнее Калинина. Подразделения разместились в пустующих бараках, предназначенных для сезонников торфоразработок. После нескольких месяцев жизни в окопах и блиндажах отдых в бараках был для нас блаженством.
Утром узнали, что рядом с нами в лесу сосредоточились другие части нашей дивизии и соседних дивизий. Стало ясно, что происходит перегруппировка войск. Солдатский телеграф заговорил о наступлении. И не зря. 4 декабря командование полка получило боевую задачу. Командир и комиссар полка вместе с комбатами направились к берегу Волги на рекогносцировку. Не теряя времени, мы, партийные работники, пошли в подразделения, чтобы побеседовать с бойцами, помочь командирам проверить состояние оружия, обеспеченность боеприпасами.
Немало встреч было у меня в этот день. С утра в полк приехали представители Калининского городского Совета депутатов трудящихся. Они посетили подразделения, знакомили личный состав с письмом жителей города к воинам фронта.
«Дорогие наши защитники! — говорилось в письме. — Гитлеровцы хотят сделать нас своими рабами, но этому никогда не бывать. Бейте и истребляйте фашистских захватчиков... Под Москвой должен начаться и начнется разгром гитлеровских банд грабителей и насильников. Вперед, любимые советские воины, за победу, за нашу Советскую Родину!»
Помню разговор между пожилым депутатом и лейтенантом Башкатовым.
— Как думаешь, сынок, почему мы так верим, что сейчас здесь должен произойти поворот в войне? — спросил депутат.
— А потому, что немыслимо допустить, что фашисты могут взять Москву, — горячо отозвался Башкатов. — На бывать этому! Не бывать!