По моей щеке стекает слеза. Он все знает, но не может мне помочь. От этого мне еще больнее.
— Можно тебя обнять…пожал…? — я была не в состоянии договорить, из горла вырывались тяжелые всхлипы, и я с силой зажмурила глаза, снова прикрывая ладонями лицо и не замечая пронзительного взгляда мужчины.
Он сдвинул брови и шумно выдохнул, а затем аккуратно положил руки на хрупкие дрожащие плечи.
Я подалась вперед, пряча лицо на его груди и отчаянно вцепившись в него ледяными ладошками. До меня не сразу дошло, что я сделала. Несколько долгих секунд и никакой ответной реакции, только прерывистый выдох и как сталь напряженные мышцы в месте нашего соприкосновения. В моей голове вдруг что-то щелкнуло, возвращая к реальному осознанию того, что именно сейчас он оттолкнет.
Не оттолкнул. Питер сдвинул руки, осторожно обняв мое дрожащее тело и что-то пробормотав в попытке успокоить меня. По телу прошел колючий импульс, посылая внезапную крохотную волну тепла среди ужасного холода, которым до сих пор плотно обволакивалась моя душа, безмолвно умоляющая о помощи.
Я беспомощно прижалась к нему, ища такую необходимую поддержку, о которой даже не смела мечтать. Я больше не хотела бороться со всем этим.
Глава 9
Я снова тут. Стою посреди «своей» комнаты в квартире Йена, а слезы одна за другой скатываются по моим щекам. Как и было положено Питеру, он привез меня домой и уехал, но на моих руках и одежде до сих пор остался его запах.
Подношу часть одежды к лицу и делаю вдох. В нос ударяет мягкий, чарующий аромат, с каким-то сладким послевкусием, и я, закрыв глаза, стою и плачу, вспоминая как чувствовала себя в его объятиях хоть на миг, но в безопасности.
Этот человек был для меня спасением, пусть я и виделась с ним второй раз в своей жизни, но я была уверенна в том, что Питер меня не обидит. Я не знаю будем ли мы еще видеться с ним, позволит ли это Йен, но я точно знаю, что, если мы с ним еще раз увидимся — я не сдержусь и дам волю своим эмоциям.
Не замечаю, как заснула и проснулась только ночью от какого-то шума внизу. Еле разлепив глаза от засохших на них слёз, потираю их ладонями и сажусь на кровати. Шум внизу становится громче, а мне любопытней что там происходит. Встаю с кровати и медленно открыв дверь, прохожу в коридор. Вижу, что внизу горит свет и иду на его источник. Йен сидел на кухне за барной стойкой ко мне спиной, и услышав мои шаги, развернулся в пол оборота и ухмыльнулся. Он был пьян.
— Почему не спишь? — его голос был мягче чем обычно.
— Я спала, но проснулась от шума внизу. — тихо ответила я, подходя чуть ближе.
— Извини, я не хотел тебя будить, — сказал мужчина и чуть подождав добавил. — Иди ко мне, я хочу поговорить с тобой. — протягивает ко мне руки и затаскивает в свои объятия.
Его голос был не таким как обычно, отчего мне было немного непривычно, но я осмелилась сделать шаг в его сторону и нырнула в его объятия. В кухне было немного прохладно, но я была в длинном растянутом свитере, который он любезно мне отдал. Мне было уютно в нём, мне казалось, что я могу спрятаться в нём от всего мира.
— Надеюсь твой день был лучше моего, крошка. Ты сдала экзамен? — все так же заботливо спросил мужчина, обнимая меня за талию.
— Да, все хорошо, у меня пятерка. — ответила я, чуть съёжившись.
— Отлично, ты хорошо постаралась, у тебя есть шанс пойти на день рождение к своей подруге. — не выпуская меня, мужчина потянулся за сигаретой и закурил, выпуская дым в другую сторону. — Я завтра вынужден опять уехать дня на три, но без тебя, поэтому с тобой побудет Питер, надеюсь ты не против, хотя выбора у тебя нет. Я уеду рано утром, но Питер приедет к часам к 12, так что прошу тебя не наделать глупостей до его приезда.
— Почему ты не берешь меня с собой?
— Потому что не хочу и не забывай о том, что у тебя сессия. — Йен опять сделал тягу и уставился на меня.
— Можно я пойду спать? — с опаской спросила я, пытаясь выбраться из его объятий.
В ответ тишина, но через несколько секунд мужчина заговорил.
— Ты боишься меня?
Я посмотрела на него.
— Как-будто ты не знаешь ответа на этот вопрос…
Йен опять сделал тягу и взяв бутылку виски, сделал глоток.
— Мне жаль, что я тогда сорвался и изнасиловал тебя. Прости меня…
Меня как будто ударило током. Зачем он это вспомнил? Зачем он сейчас это говорит?
— Йен…
— Нет, послушай… — облизывает губы. — Я хочу, чтоб ты знала, что мне жаль.
— Зачем вообще было делать что-то столь ужасное, чтобы потом говорить, что тебе жаль? — спросила я, выбравшись из его хватки.
Йен проводит рукой по волосам его выражения лица резко меняется, он бросает на меня хладнокровный, жестокий взгляд от которого на душе остаются раны.