— Боже!.. — ненавижу себя. Лью тут слезы как дура, будто от них есть толк. Я застряла здесь. Пора признать, что я бессильна. Что сделать из монстра человека нельзя. По крайней мере, из этого монстра.
— Ты спала с ним. — констатация факта Йена возвращает меня к реальности. Я царапаю ногтями землю. — Любила его?
— Йен, прошу тебя… — о да, конечно, самое время просить и умолять. — Он ещё дышит. Пусти! — вскакиваю и снова кидаюсь на помощь, но он отшвыривает меня, и я больно прикладываюсь к стене.
— Даже не думай об этом! Ты — моя. И Питеру давно надо было это усвоить.
— Он твой друг! — отчаянно завопила я в слезах. Этот аргумент давно потерял свою мощь и силу. Он теперь был просто словами.
— Да, и я был готов поделиться с ним чем угодно по-дружески, но только не тобой.
— Ты говоришь так, словно я вещь какая-то!
— Не драматизируй. Ты встала между нами, ты разрушила нашу дружбу! Ты только посмотри, что ты наделала. Давай, полюбуйся. — Он схватил меня и, удерживая за одежду при себе, открыл мне взор на лежащее в крови тело.
— Нет… Нет!..
— Это твоя вина, девочка моя, — вкрадчиво шепчет, как будто вливает в меня какой-то яд. И от каждой капли сердце замедляет ход. — Только твоя. Ты добилась своего. И теперь ты уже никуда не денешься.
— И меня загрызешь? Ну давай. Давай, раз я это заслужила.
Он взял меня за подбородок и повернул мою голову к себе, пристально вгляделся в мои глаза и не увидел в них страха.
— Я ведь уже сказал, что никому тебя не отдам, даже Богу. Никогда.
Я бы не вырвалась из его рук — у меня не хватило бы сил. Он потащил меня из темного переулка, не обращая внимания на мои крики. Я звала Питера.
— Анна, — вновь зазвучало у моего уха, — если не хочешь, чтобы я еще кого-то убил, закрой рот. Все равно уже бесполезно кричать. Мы сейчас сядем в машину и уедем.
Прохожие в столь поздний час почти нас не заметили. Я знала, что его угрозы не шутка. Я заставила себя замолчать. Он прав. Теперь нет смысла звать на помощь. Питер был единственным, кто мог меня спасти.
Глава 15
Страшно. По-настоящему страшно ехать с ним в одной машине, после того, что произошло только что в переулке. Питер не заслуживает того, что с ним сделал Йен. Он просто хотел помочь мне, а в итоге из-за моей глупости он мертв. Не хочу думать об этом. Не могу. После всего, что произошло, между нами, к тому же Йен не имел никакого права так поступать со своим другом. Неужели в нем нет никаких человеческих чувств?
— Только попробуй устроить мне скандал как мы приедем домой. — язвительно сказал Йен, обращаясь ко мне.
— И не подумаю. — так же грубо отсекла я. — Я устрою его сейчас! Ты никакого права не имел так делать! Ты не бог и не судья, чтобы так просто отбирать у людей жизни, я очень надеюсь, что скоро тебе самому придет конец, бессовестный ты ублюдок! — моей смелости в этот момент можно было только позавидовать.
От резкого торможения машины меня немного кинуло вперед. Его вообще не смущал тот факт, что мы ночью стоим посреди дороги. Я продолжала сидеть неподвижно, немного повернувшись к нему.
— Судя по твоему тону, ты горишь желанием лежать в подворотне рядом со своим недогероем спасителем. — в его голосе присутствовала злость. Холодная ярость.
— Уж лучше так, чем находиться с тобой рядом! — выпалила я, не думая.
Было слышно, как он набрал в легкие воздуха и медленно выдохнул, подавляя в себе очередной приступ ярости. Я смотрела на него со злостью, зная, что не стоит испытывать на себе его очередной приступ гнева, но адреналин в моей крови решил все за меня. Я ждала, выжидала его реакции, словно испуганная пойманная добыча перед охотником. Он медленно повернул голову в мою сторону и смотрел на меня скорее с недовольством, чем со злостью, отчего мне стало дискомфортно, но я не подавала виду.
— Я услышал тебя. — совершенно спокойно произнес мужчина, кладя руку на руль, разворачиваясь в обратном направлении. Страх сковал меня не на шутку, он же всерьез не собирается возвращаться на место преступления, убив меня там же?
Пытаюсь всматриваться в дорогу, но ночное время суток и мое не очень хорошее зрение подводили меня, поэтому я почти не вижу ничего через окно, разве что причудливые формы деревьев, которые в темноте пугали меня. За все время нашей поездки в обратную сторону я не решалась заговорить с ним снова, мне казалось, что будет лучшим исходом тихо сидеть и ждать своей участи, постараться не разозлить его еще больше. Постепенно на горизонте стали показываться очертания многоэтажек, но я не могла различить в них знакомые места. Минут через десять, мчась по городу, он останавливает машину у какого-то двухэтажного здания. Я не понимала, что происходит до тех пор, пока не увидела толпу молодых людей, которые вышли из данного заведения с напитками — они явно были навеселе.