— Опять истерила? — безразлично спрашивает мужчина. — Ответ «нет» не принимаю. Научись сначала врать мне.
— Неважно, — стараюсь выровнять свой тон. — Я хочу чай. Закажи мне пожалуйста чай.
— Как твоей душе угодно, любимая — слишком приторно сказал он, подзывая к себе официантку.
***
По приезде домой — я заперлась в своей комнате и рыдала, проклиная все на свете, в особенности его. Хотелось выть. Я вспоминала людей, которых видела и представляла себя на их месте. Хотела быть такой же свободной. Спустя некоторое время не заметила как уснула со слезами на глазах, не представляя какой сюрприз мне преподнесет судьба на следующий день.
Глава 18
Анна! — холодный голос, без приторной сладости, режет ушные перепонки. Но я шагаю дальше, в сторону своей комнаты, не думая даже оборачиваться на источник звука, не то чтобы останавливаться в принципе. — Я сказал. Стоять. — чеканит, строго, как учитель, и я разворачиваюсь, только что бы брызнуть очередной порцией яда в его сторону.
Воздух застревает противным комом в горле, стоит мне только посмотреть в его потемневшие от злости голубые глаза. Перед моими глазами мелькают выцветшие фрагменты воспоминаний, оставшиеся после случившегося, и вдоль по спине снизу-вверх бежит озноб. Я не хочу его видеть, больше никогда не хочу с ним разговаривать, не хочу чувствовать его рядом с собой или слышать его дыхание у себя над ухом. Только не после того, что он со мной сделал. Только не после того, как я лишилась всего, что у меня было, из-за него.
— А то что? — я не успеваю и руками вскинуть, как Йен хватает меня за запястье и со всей силы дёргает на себя, да так, что кожу начинает жечь.
Я вырываю руку из его ледяной ладони.
— Хватит относится ко мне как к вещи! Сначала ты швыряешь меня из стороны в сторону, потом предлагаешь отношения наладить, в кино ведешь, а потом опять ведешь себя как полный… кусок дерьма! —злость так и плещет из меня, я устала от того, что я не могу высказать ему всего, в конце концов мне уже нечего терять — я уверенна, что Питер поможет мне.
— Ты такая умная или я такой тупой? Ты опять забыла с кем разговариваешь? — его тон не выражал ничего хорошего по отношению ко мне.
Мимолетный страх кажется проносится мимо меня, выбивая почву из-под ног. К чему вообще был затеян этот глупый разговор про взаимоотношения, мне вчера и так хватило разрывающей головной боли от слёз после нашего похода в кино. Но ему казалось, что он не договорил что-то, вот и решил видимо отыграться на следующий день. Он подходит ко мне ближе, и сейчас, даже стоя на одной ступеньке выше, я все равно была ниже его.
— Знаешь, я вот одного понять не могу. — рассудительным голосом произносит он. — Как я тебя еще не прибил раньше времени, отправилась бы вслед за своей тупой подружкой.
— Прекрати. — поднимаю на него свой взгляд и сдавленно произношу, пытаясь не расплакаться перед ним. Он знает, что давит на больное, будто вонзает в меня нож, прокручивая его.
— Прекратить что? Говорить тебе правду? — дырявит меня тяжелым взглядом. — Мы же отношения налаживаем, правда рано или поздно всплывет на поверхность. — его сарказм врезается мне в уши.
Мне страшно. Страшно, оттого, что какая-то часть меня считает его, этого ужасного человека, привлекательным. Страшно, что я иногда хочу убежать от него к нему же, что я привыкла к его замашкам, в его запаху и присутствию. Иногда мне кажется, что я сошла с ума, но при этом здравая часть моего мозга понимает, что он ужасный человек, и мне надо бежать от него на другой конец Земли, не оглядываясь, хотя бы найти спасение в объятиях Питера. Все еще стою напротив него, так близко, что мне в нос опять врезается его парфюм. Сейчас это выглядит опасно. Он выглядит опасным. В этот раз Йен выигрывает, потому что мне нечего ответить ему, я опять попалась в его лапы, как загнанный маленький зверек. И плевать он хотел на налаживание отношений между нами.
— И еще… я вроде говорил, что не потерплю оскорблений в свой адрес, поэтому я почему-то не слышу извинений за то, что ты назвала меня куском дерьма. — мышцы играют на его лице, и я понимаю, что он в любую секунду может опять сорваться и причинить мне боль.
— Прости… — произношу тихо, мимолетно посмотрев в его глаза.
— Как-то не искренне, Анна. — издевается, говоря в своем привычном язвительном тоне. — Я вижу ты забыла как твое тело выглядит после побоев. Напомнить?