— Ну почему же я должен возражать? — На моем лице расцветает улыбка, причем вполне себе искренняя. — Я только вот одного не пойму… Ты, Элейн, сказала, что посоветовалась с Фан Лином…
— Ну да. — Элейн вздергивает золотистую бровь. Только сейчас я обращаю внимание, насколько красиво у нее сегодня лежат волосы. — А что не так?
— Да все так. Просто я… как-то не могу представить себе Фан Лина… веселящимся.
— Эй! Ты что это, хочешь назвать моего брата занудой?
— Нет, ни в коем случае. Просто он всегда такой… серьезный и… правильный.
— И с каких таких пор быть правильным стало отрицательным качеством человека? — Элейн сводит руки на груди и уже собирается высказать мне очередную гневную отповедь, когда за дверью слышатся приближающиеся шаги.
Мы с девушками переглядываемся и синхронно подергиваем плечами. Шаги затихают напротив двери, а потом в комнату как бы невзначай заглядывает миледи Кьяльми.
— Так-так-так. — Мать Лиары недобро щурится. — И чем это вы тут занимаетесь?
Девушки открывают рты, но я успеваю первым:
— Миледи Кьяльми! Потрясающе выглядите! Это ваше серебристое платье — оно вам так идет!
— Что, правда? — Кьяльми оглядывает свое платье необъятных размеров и едва ли не краснеет. — Ой, бросьте, лорд Грэй, вы мне льстите… — В этот момент Кьяльми, похоже, вспоминает о существовании Лиары и Элейн. — Так, милочки. Лорду Грэю нужен покой и…
— Прошу, миледи. — Я улыбаюсь во всю ширь. — Девушки помогают мне разобраться в… — «В чем?» Думай быстрее, балабол! — Разобраться в… в…
— В политической арене Альянса, — заканчивает за меня Элейн. — Самые известные кланы, их представители, борьба за места в Высшем Совете и всякое такое… Это вам не ваши метафоры решать, верно, лорд Грэй?
— Именно. — Я сурово киваю. — Ни одну метафору я не решал с таким трудом, как когда пытался запомнить названия самых влиятельных кланов Альянса, как их там… Ну вот, опять забыл! — Я разочарованно развожу руками, и миледи Кьяльми потрясенно кивает:
— О, в таком случае примите мои извинения за столь бурное вторжение. Я — всё, меня уже нет!
Через несколько мгновений Кьяльми и впрямь покидает комнату. Мы с Элейн и Лиарой дружно выдыхаем.
— Скажите мне, что вы подумали над тем, что нам делать с миледи Кьяльми. — Я поочередно гляжу на Элейн и Лиару, когда гулкие шаги наконец затихают в коридоре. — При всем уважении, Лиара, твоя мать…
— Да знаю я, — ворчит она, накручивая черный локон на палец. — Не дрейфь, Грэй, что-нибудь придумаем. А даже если и нет — ну, ты же не откажешься пропустить с ней пару рюмочек, чтобы сгладить возможные недопонимания?
«То есть я вам нужен только в качестве громоотвода?»
Вслух я решаю озвучить другое:
— Ладно… Давайте попробуем. Хотя скажу, как думаю — мне не очень-то нравится вся эта затея…
— И этот человек парой минут назад называл моего брата занудой, — то ли в шутку, то ли всерьез фыркает Элейн.
— Я не… А, впрочем, вы правы. Давайте действительно немного отдохнем перед началом учебного года. В конце концов, даже если что-то пойдет не так, мы с Фан Лином всегда успеем исправить ситуацию!
«Да и что может пойти не так?» — мысленно добавляю я.
Однако отвечать на свой собственный вопрос я так и не стал.
Глава 25
Я просыпаюсь от того, что моя голова раскалывается так, словно по ней несколько часов подряд лупили кузнечным молотом. Причем лупили не абы как, а с пристрастием, с чувством, толком и расстановкой. Кроме того, я понимаю, что мое горло напрочь пересохло, а рот как будто забронировал на долгий срок филиал авгиевых конюшен. Мозг мой, похоже, и вовсе решил жить отдельной жизнью — по крайней мере, он никак не реагирует на мои попытки понять, из-за чего, собственно, я должен так страдать.
Мне это напоминает мое первое пробуждение в этом мире. Я точно так же долгое время лежал с закрытыми глазами, не понимая, где я и что вообще происходит. Только тогда под моим телом лежала выжженная земля, а сейчас… А, кстати, что сейчас? Хороший вопрос. В поисках ответа я пытаюсь активировать свое осязание. Кажется, я лежу… Лежу на чем-то мягком. Неужели на кровати? Ну, уже неплохо. Всяко лучше, чем на полу или под парковой скамейкой в луже собственной блевотины.