Саша ждал 10 минут. Слушал, как она плачет, но не хотел поддаваться на провокацию, думал, что равнодушием докажет собственное мужество. Но он не понимал, что быть настоящим мужчиной – это не сохранять холодный рассудок и каменное сердце, причиняя боль другим, а наоборот, нести за кого-то ответственность, дать женщине быть слабой, доказав ей тем самым свою силу.
Он не знал этого, потому что в книгах об этом не говорилось ни слова. Книги учили быть эгоистичным и жестким, но человеческое в Саше было все-таки сильнее, поэтому он подошел к Юле и тыльной стороной ладони стал вытирать ее горячее лицо.
- Я тебя не достоин, ни тебя, ни всего того, что ты для меня делаешь, тихо сказал он.
- Все достойны любви – это же не нобелевская премия! – всхлипнула она.
Саша гладил ее по голове, ругая себя за то, что поддался ее хитростям, за что, что «прогнулся» под напором ее чувств, и не думал ни о чем другом.
Он сидел рядом с ней в комнате, украшенной красными лентами, и думал, что держит ситуацию под контролем, хотя, честно говоря, он так же не разбирался в женской психологии, как и год назад.
Он научился управлять последствиями, вызывать нужные эмоции и эффект, но мотивы женского поведения были ему неведомы, и более того, не интересны. Он получал удовольствие от быстрого результата и не заглядывал далеко вперед. И если бы он хоть что-нибудь понимал в психологии отношений, то он бы взял Юлю за руку и наговорил бы ей всех тех слов, что она заслуживала, не боясь быть уязвимым и сентиментальным.
А вместо этого он просто сказал:
- Ну так что – я включаю фильм?
И не заметил, как выражение ее лица из внимательного превратилось в равнодушное. Она смотрела на него, как на случайного прохожего или кассира из супермаркета за углом – поверхностно, как бы сквозь – совсем не так, как она обычно смотрела на любимого мужчину. Что-то изменилось. Парабола ее ожиданий задержалась в верхней точке, и, поняв, что улучшений не предвидится – стремительно покатилась вниз.
На следующий день он ушел на работу, обещав позвонить в ближайшее время. Но время это никак не наступало. Оно вообще как будто замедлило ход, а то и остановилось вовсе.
Диагноз Стихи
Глава 10
Прошло 4 дня.
День, который должен быть стать началом чего-то нового, превратился в катастрофу, которую хотелось поскорее забыть. Но ум с мазохистским удовольствием прокручивал события того вечера со всеми подробностями.
Юля понимала, что в какой-то момент все пошло не так, но не могла уловить в какой именно. Впрочем это знание, мало что ей бы дало. У нее не было машины времени, чтобы изменить ход истории. Да и вообще – кому сдалась такая история, которую нужно переписывать сотни раз, чтобы добиться желаемого эффекта.
Но чувства, словно крупная рыба, вытащенная из воды и понимающая, что обречена, еще долго и истерично бьются в агонии, пытаясь продлить бессмысленные минуты жизни.
Юля внимательно смотрела на телефон, но гипноз не работал – Саша не звонил. Она не знала, что в тот момент он сидел в своей лаборатории, которая больше походила на захламленный чулан, и не хотел выходить из него, чтобы никогда с ней не объясняться. Он не знал, что говорить и боялся оказаться в неловкой ситуации. Юля же ничего не знала о его настроениях, поэтому позвонила сама.
- Привет, сказала она.
- Привет, ответил он.
- Как дела?
- Нормально. А у тебя?
- Тоже.
Они помолчали.
- Я сегодня видел такой классный фильм, начал он, чтобы что-то сказать, - ты должна его посмотреть.
- Покажешь потом.
- Сейчас у меня много дел. Посмотри сама.
- У тебя даже нет времени посмотреть со мной кино?
- Значит, нет.
- Не понимаю, сказала она, хотя уже знала, что услышит.
- Да все навалилось, работа, зал, еще родители хотят, чтобы я всетаки приехал к ним на праздники.
- А как же я?
- Ты это ты. А я – это я. И я не знаю, как нам быть дальше.
- В каком смысле?
- Мне кажется, я не смогу сделать тебя счастливой.
- Позволь мне это решать.
- Дело в нас обоих.
- Неужели все то, что я для тебя сделала – пошло во вред?
- Я не знаю. Просто все это было слишком сильно. Но все будет хорошо. Увидимся, пробормотал он и повесил трубку. Юля села на кровать, выключила телефон и прорыдала три дня.