Он вышел из здания аэропорта в душный город, как из телепорта. Он поймал такси и благополучно доехал до небольшой гостиницы, располагавшейся неподалеку от университета. Сел на узкую кровать, и не успев ни раздеться, ни помыть руки, написал Юле сообщение:
- Привет. Знаешь, так получилось, что я выиграл гранд и мне предложили поехать в Америку на год. Все случилось так внезапно, я даже не успел тебя предупредить. Я очень хотел встретиться с тобой перед отъездом, оправдывался он, - но не мог найти ни одной свободной минуты. Но я все так же думаю о тебе, и мой отъезд ничего не значит. Сейчас я в Чикаго, но я обязательно вернусь. Ты будешь ждать меня? – приписал он в порыве жалости к самому себе.
Она долгое время была не в сети, но потом рядом с ее фотографией загорелся зеленый огонек и она только и ответила:
- Будь счастлив.
С тех пор она не отвечала ни на одно его письмо.
Глава 14
Юля лежала на кровати, окружённая книгами. Две с левой, одна с правой стороны.
Везде одни книги. Стоят смирным рядом, молча ждут своей очереди. Книги - жизнь, и книги - бессмертие. Гипсовый слепок души.
Юля могла читать неделями, уходила в литературный запой, с той лишь разницей, что когда человек слишком много пьёт, за него начинают беспокоиться, обращаться к врачам. Юлино же чтение никого не волновало и не тревожило, а ведь эта зависимость была не менее опасная. Читая очередной роман она словно бежала от своей собственной жизни в жизнь более насыщенную и яркую, туда, где прослеживалась логика и торжествовала справедливость. В реальной жизни все было несколько сложнее, и период от начала сюжета до его развязки мог занимать несколько лет. У Юли не было столько времени. Ей хотелось здесь и сейчас.
Книги были ее настоящими любовниками. Душевными, чувственными. Но было ещё и тело. У тела были свои потребности и свой голос. Ему тоже была нужна страсть и тепло. Его не обманешь дружеским поцелуем и деловым рукопожатием. Человек - это связь тела и духа, а когда эта связь разрывается - ломается и сам человек, и потом ходи и собирай по частям.
- Хочешь, я приеду, помогу?
Это спрашивал Юлин давний друг Игорь. Его любовь была пропорциональна расстоянию между ними, в отличие от Сашиной любви. Когда-то тому достаточно было перейти улицу, чтобы заключить ее в объятия, но когда у человека нет такого желания, то эта улица становится непреодолимым препятствием, чем-то вроде Китайской стены или железного занавеса.
А для Игоря тысяча километров - это только два часа на самолёте. В московской пробке можно и на дольше застрять. Он знал, что от недостатка любви Юля начинала просыпаться среди ночи, потому что чувствовала, как сама гладила себе руки. Но что он мог сделать? Дать выход ее чувственности, чтобы потом ее одиночество стало еще более полным? Или наоборот научить ее бороться со своими страстями, как он?
- Приезжай! – крикнула она в порыве отчаяния.
Он бросил в рюкзак две чистых рубашки и прилетел ближайшим самолетом. Юля даже не успела помыть голову.
- Привет! – он нарисовался в проеме ее двери, как привидение.
- Привет, машинально ответила она, едва узнав его.
Последний раз она видела его 5,5 лет назад. На тот момент ему было 23 года, он носил длинные волосы и широкую футболку с цветным принтом. Таким она его запомнила. Сейчас же перед ней стоял взрослый мужчина, который походил на знакомого ей Игоря весьма смутно. Все это время они общались исключительно по телефону, что давало возможность чувствовать человека, как личность – вне пола и возраста. Юля так привыкла к этой схеме, что думала, что она останется неизменной в любом случае. Но сейчас стоя перед ним в легком халате, она вдруг четко осознала, что перед ней стоит не привычный ей образ, а вполне реальный мужчина; она вдруг смутилась, и побежала в комнату переодеваться.
Игорь нерешительно топтался в дверях, не зная, как быть дальше. Он даже не положил на пол свою сумку, держал ее в руках и вообще старался занять как можно меньше пространства.
- Располагайся, кричала она из глубины комнаты, - я сделаю тебе чай.
Через несколько минут она появилась на кухне, уже совсем одетая. На кухне было не убрано. Плита была заставлена сковородами, а стол покрыт крошками.
- Прости за беспорядок, она стала быстро бегать по квартире, - я такая не всегда. Просто стихи льются через край, как протекающая крыша – только и успевай подставлять ведра. На домашнее хозяйство совсем не остается времени. Между уборкой и вдохновением, я, конечно же выбираю последнее. Вдохновение приходит и уходит, а беспорядок, к сожалению остается. Никто никогда не захочет со мной жить.
- Перестань говорить глупости. Я вообще удивлен, что ты до сих пор живешь одна.
- Думаешь так просто завести в доме мужчину? Это же не домашнее животное, которое можно купить на птичьем рынке.
- Давай так – если до 35 лет мы все еще будем одиноки, то мы с тобой поженимся? Идет? Хотя я сильно сомневаюсь, что ты можешь остаться одна.
- Давай поговорим об этом через несколько лет. Я не готова принимать такие серьезные решения, улыбнулась Юля, тем более по звездам у меня свадьба через год. И два сына. Но я уверена, что будет дочь.
- Ты споришь со своими звездами?
- Я просто иногда прошу их об услуге и они соглашаются.