«Тронул» ее, как Тамариска? Исполнил бы свою угрозу и совершил то, в чем его сейчас обвиняет весь Тенлор?
Сэргар похолодел.
Вот Бездна! У Сердечной Возлюбленной были причины гневаться на него. Оскорбила, не оскорбила, а с женщинами так обращаться нельзя. Если Хэледис Шек защитила от него только дверь, то ниже падать было некуда.
Во что он превратился?
– Возлюбленная, не оставляй меня, – взмолился Сэргар. – Я ведь не был таким, я не хочу быть таким! Верни мне мое сердце. Снизойди, направь, исцели от злобы, прошу тебя!
Она откликнулась на его зов. Все-таки он был ее избранником, хоть и провинившимся.
Богиня явилась к нему в облике Ярши.
Сэргар сразу понял, что это – его наказание. Было сладко и очень больно видеть ее красивое лицо, серьезные карие глаза, но знать, что перед ним не она. Ни прикоснуться, ни поговорить, только смотреть и испытывать вину. Как же он любил ее! Ей он вручил свое сердце.
А Ярша, умерев, забрала его с собой. Можно ли любить, когда на месте сердца – дыра?
Он разучился это делать, стал жестоким к людям. Поэтому у него все летело кувырком, а богиня-покровительница гневалась.
– Как назвать мужчину, что молил о спасении и клялся служить, а получив желаемое, тут же забыл все свои обещания? – строго спросила она.
– Неблагодарным мерзавцем, – покаянно ответил Сэргар.
– В лучшем случае. Я бы назвала лживым бессердечным ничтожеством.
– Зачем ты так? Раньше я любил всех женщин, что ты мне посылала, и был с ними честен.
– А теперь что случилось? Забыл, как это делать? – насмешливо спросила Сердечная Возлюбленная.
– Хэледис Шек мне не нравится. Совсем. Я не могу на ней жениться, ты должна это понимать.
– Брак – это не моя сфера, как любит повторять твой брат. Мне все равно, женишься ты или нет. Я ценю любовь, которой в тебе сейчас не найти, даже если сильно постараться.
– Но не могла же она исчезнуть с концами? Посмотри внимательнее!
Она слегка склонила голову. В глазах заскакали лукавые искорки.
– Хорошо, давай поищем. Знаешь, что такое сердечность?
– Искренность, доброта, теплое отношение к людям, – принялся вспоминать Сэргар, мрачнея с каждым словом, – безусловная любовь к ним.
Вот оно. Этим он когда-то приглянулся ей: легкостью в любви, готовностью безвозмездно дарить ее многим. Он охотно делал других людей счастливыми, получая от этого удовольствие. Заботился о своем отряде, как умел, берег их. Любил Яршу пять лет, беззаветно, безнадежно, но не думая прекращать, ведь даже в такой любви он был счастлив.
Всю свою жизнь он следовал за порывами сердца. А теперь разогнал всех вокруг, наплевав на чужие чувства, отвергая тех, кто любил его.
Сердечной Возлюбленной не нужно было говорить об этом вслух, она и без того знала, о чем он думал.
– Чтобы любить, нужно иметь привязанность хоть к кому-то. Кого ты любишь, Сэргар?
– Брата.
– А как ты проявляешь свою любовь? Помогаешь ему? Поддерживаешь? Может, следуешь его советам?
– Нет, – Сэргар прикрыл глаза.
– Итак, семью ты не любишь. Что насчет друзей? За что ты ударил Тамариска?
– Он меня раздражал.
– Это – достойная причина причинять боль другу, пересекшему три страны, чтобы увидеть тебя живым?
– Нет.
– Друзей ты тоже не любишь, – бесстрастно подвела итог Сердечная Возлюбленная, – от мира прячешься, на людей озлобился. Что мне с тобой делать? Думаешь, ты стал совсем бесчувственным? Но это не так: дурные чувства ты испытываешь с завидной регулярностью. Как ты обращаешься с женщинами? От хороших мужчин они не разбегаются в ужасе.
– Я знаю, что опозорился, – вскинулся Сэргар, – я отверг твою избранницу. Она боится меня и ненавидит. Я не нужен ей. Разве я должен навязываться вопреки ее желаниям?
– Нет. Но за что ей тебя любить? Как ты себя вел, когда она открыла Врата? Ну-ка вспоминай. Кто говорил, что мужчинам, которые бьют беспомощных женщин, надо руки ломать, а?
Сэргар вспомнил, и ему остро захотелось исчезнуть. Но Сердечная Возлюбленная не собиралась отпускать его, пока не ткнет носом во все совершенные ошибки. Проклятье, в этом она была так похожа на настоящую Яршу!
– Я должен был вытащить ее оттуда, как можно скорее, а она билась, как сумасшедшая, – угрюмо ответил он, избегая укоризненного взгляда богини.
– А на пол зачем сбросил? Ты принц или горский дикарь? А потом оскорбляешься, что тебя даже на порог не пускают. Никто бы не пустил.
– Так ведь снова не пустит. Что теперь с этим делать? Подарок какой принести? Нет, не примет.
– Поговори с ней по-человечески. Извинись. И поблагодари, наконец, за то, что она для тебя сделала. Разве это для тебя ничего не значит?
Сэргар глубоко вздохнул и выпрямился.