— Нельзя заставить человека быть темным, быть злым…
— То есть встретив человека на улице и узнав, что его мама/папа были темными, ты братски хлопнешь его по плечу и позовёшь в бар? А не отвернёшься от него, даже видя, что он в беде?
Он поднял на меня серые глаза, мы оба знали ответ и произносить вслух это не требовалось, я пожала плечами. Очевидно же.
— Тогда приступим, — я достала из кармана шар и подбросила его в воздух, он мягко засветился. Я мысленно послала ему нужную команду, после этого шар подлетел в голове Рэйна и, легко коснувшись его, вернулся обратно. — Найти объект. — Проговорила я негромко.
— Да, госпожа, — откликнулся артефакт, его голос слышен был только мне, потому что сейчас с ним работала я.
— И что ты сделаешь? — Пока артефакт работал, в камере висела тишина, которую мне прерывать не хотелось, но Рэйну видимо захотелось поговорить. — Убьёшь её?
— Есть предложения?
— Знаешь, мне кажется у тебя ничего не получится. Я не слышала и не видел её уже много лет.
— Мой артефакт силен, так что не переживай на этот счёт.
— Объект найден. — Едва слышно проговорил артефакт.
Я посмотрела на Рэйна, он на меня.
— Информация.
— Да, госпожа. Девушка, 23 полных лет.
Артефакт замолк. Ну что ж не мужчина, это очевидно.
— Дальность?
— Дальность полметра.
Я удивлённо подошла к артефакту. Полметра? Как же так? Я взяла его в руки и под недоумевающие взгляды парня потрясла. Чтобы мой артефакт врал, да никогда такого не было… это, конечно, пробный образец, но всё же… Рэйн, наблюдая мои действия, ехидно уточнил:
— Сломался?
— Не должен был, — расстроено произнесла я, — но полметра?
— Она здесь?
Звякнули цепи. Хорошо, что его заковали. В его глазах мелькнуло звериное и затихло. Я дрожащей рукой взяла артефакт и подняла глаза на него, переспросила:
— Дальность?
— Объект найден.
Вот как… Артефакт вспыхнул золотым светом и погас. Свою работу он сделал, я убрала его в карман. Даже так. Неожиданно… Я посмотрела на Рэйна совсем другим взглядом. Значит, Аселия все-таки осталась в твоём сердце… Что ж, это многое меняет. Мне на секунду даже стало жаль этого волка-одиночку, который последние пять лет любил тёмную, которую предал.
— На что уставилась? — Я покачала головой, ещё говорят тёмный хамы и грубияны, в этой темнице много, кто был, но ругались и грубили всегда не тёмные. — Поиски отменяются?
Я промолчала, выходя из камеры и запирая её. Все пошло не так, как я хотела.
— Кармайл!
Раздался топот маленьких ножек и через несколько секунд гном появился рядом со мной.
— Приготовь мне яд для метаморфов, пять доз. Проблемы были?
— Нет, госпожа, все идёт как надо.
Я поморщилась, если бы.
— Саймона связали? — Гном опять кивнул, — Хорошо. Тогда слушай, вот за этим, — я махнула в район камеры опешившего Рэйна, — следить очень внимательно. Будет буйствовать — сразу успокоительное.
— Саймон? Ты сказала Саймон? — Негромко уточнил Рэйн, мы с Кармайлом прервались, одновременно посмотрев на него, тот звенел цепями. — Откуда ты знаешь его имя? Полное имя? Ты!
— Да, я так сказала, — я послала быстрый раздражённый взгляд Рэйну, — хорошая разведка — на вес золота.
— Госпожа? — Гном не любил, когда нас отрывали от дела. Единственный нормальный слуга в этом безумном доме.
— Да-да, прошу прощения…
— Яд подать сразу, госпожа?
— Только по моему приказу.
— Хорошо, госпожа Сэлл.
Гном ушёл, я осталась стоять перед камерой Рэйна, когда я посмотрел на него, на его лице была странная маска отвращения и ужаса.
— Госпожа Сэлл… Вот значит к кому мы угодили…
М-да… Теперь ему точно не уйти живому отсюда. Эту информацию распространять нельзя. Я развернулась, чтобы уйти и вдруг услышала:
— Полметра, да, госпожа Сэлл? — Я обернулась, он смотрел на меня с узнаванием. В его голосе звучала тоска и боль. — Это ты…
Это был его собственный приговор. Я сплела усыпляющее заклинание и наложила на него, полчаса он проспит точно, а потом надо будет его изолировать, чтобы он не выдал моей тайны своим. А может потом и выдавать будет некому. Рэйн обмяк в цепях. Я хотела было уйти, но тут меня привлекла та самая дальняя камера. Последняя оставшаяся камера, после Рэйна я уже не хотела туда заходить. Он всколыхнул в моей душе слишком много, уже улёгшегося за пять лет. Рэйн был порядочной сволочью и сразу отвернулся от меня, едва преставилась такая возможность, это было больно, но Саймон… Точнее, я улыбнулась, Ирбис. Так его теперь называют. Только так, но никак не Саймон. Тут Рэйн прав, мало кто знает его имя, потому что он его сменил на что-то более мужественное. Я сделал несколько шагов и коснулась решётки, за которой сидел в цепях он. Рэйна пришлось приковать к стене, ибо он буйствовал. Этот сидел молча. Он думал. Не зря он возглавил армию метаморфов и магов, и не зря методично вырезал темных целыми кланами, тихо и без лишней суеты. Так что теперь количество метаморфов стало превалировать над количеством темных в мире, и если раньше мы тёмные заставляли прятаться их по норам, то теперь нам самим требовалось укрытие. И перед лицом надвигающейся угрозы, мы, тёмные, не смогли объединиться. Мы не стадный народ, не то что метаморфы, вечно сбивающиеся в кучи то там, то тут. Обычно мы либо живём кланами, семьями, либо одиночками. Меня все это время спасало только одиночество.