Я соскочила с кровати одним слитным движением и метнула в Саймона вазу с цветами, покоившуюся у меня на прикроватной тумбочке. Ваза разбилась о его голову и залила кровать водой. Пока он с руганью вставал с кровати, я метнулась к двери, замок щёлкнул, но дверь открывалась во внутрь. Я только успела её приоткрыть, а потом… он успел прижать её с такой силой, что мне ни за что не открыть. Я так и стояла, держась на за ручку и слушала биение своего сердца, слышался звук капель воды, капающих на пол. Он навис надо мной и с громким стуком припечатал две огромные ладони по бокам от меня прямо в дверь. Он него пахло цветами, моими любимыми, аллеями. Я ждала его гнева и злости, и как минимум что со мной произойдёт что-то плохое. На меня с него капала вода, пропитывая тонкий халатик и сорочку. Затем на рукав упала красная капля. Потом ещё одна. Я сглотнула. Кровь… я поранила его… Мы молчали, меня начало трясти от этого ожидания беды и от того, что я все же смогла причинить боль ему. Главное, не разрыдаться, мысленно дала я себе установку, только не это.
— За что ты так меня? Разве сделал я тебе что-то плохое? — Его голос бы тускл.
— Ты предал меня.
— Я выбрал правильную сторону.
— Вот и оставайся на ней, — слезы все же прорвались сквозь мои убеждения. Я прижалась лбом к деревянной двери. — Только без меня…
— Сокровище, ну это же я… и я рядом сейчас…
Меня попытались обнять. Я вывернулась и вперила в него гневный взгляд.
— И что с того, что ты сейчас тут? А где ты был все эти пять лет? — Он молчал, грустно поглядывая на меня. — Ты — не Саймон! Ты Ирбис! Ты — не тот, которого любила я. Ты жёсткий и… — Я потерялась от его странного пронизывающего взгляда, он смотрел на меня очень печально… он просил прощения. Я выдохнула. Его волосы были мокрыми и прилипли к лицу, а по щеке стекала кровь.
— Я тоже тебя люблю.
Это стало последней каплей. Да как он мог говорить мне такое сейчас? После стольких лет? После всего что было тут, в этом доме, в этой комнате? Я почувствовала, как моей терпение покидает меня, я почти упала на пол и разрыдалась. Я спрятала руки в ладони и плакала. Потому что если это была правда, то это было даже хуже, чем если бы сейчас он сказал, что ему плевать на меня и он убьёт меня. Потому что мы не могли быть вместе никогда. Саймон присел рядом и попытался меня обнять, Я взвыла, сбрасывая его руки и впечатала ему кулаком в плечо, потом ещё раз.
— Это ты виноват! Зачем? Зачем ты появился в моей жизни!
Он сгрёб меня в охапку и прижал к себе, поглаживая по волосам и спине. В этих крепких и таких родных объятиях я успокоилась так быстро. Сначала я правда пыталась брыкаться, но выбраться самостоятельно из его объятий было невозможно.
— Сокровище моё… Аселия, — моё собственное имя звучала из его уст так красиво, с такой нежностью и лаской, что у меня помимо воли потекли слёзы из глаз, — я скучал по тебе. Я искал тебя все эти годы. Я возглавил отряды по зачистке тёмных и каждый раз обходя трупы тёмных, я боялся, что найду тебя там…
— Тогда зачем? Зачем ты всё это делал? Почему ты тогда не ушёл со мной? — Тихо переспросила, тоже обнимая его, прижимаясь крепче, вдыхая терпкий мужской аромат, слушая стук его взволнованного сердца и наслаждаясь теплом его тела. На душе несмотря ни на что было спокойно. Я верила ему и его словам, меня больше не терзала боль, так лёгкие недомогание на тему того, что мы как в какой-то сказке про любовь никогда не сможем быть вместе. Но сейчас-то мы были тут, и мы были вместе.
— Я был глуп. Тогда я не смог пойти против друзей, надеясь, что моё увлечение тобой растает как дым на следующий день. Но этого не произошло, как видишь. — Он заглянул мне в глаза, я робко улыбнулась ему. В его глазах снова плескалось тёплое летнее небо. Саймон наклонился и коснулся моих губ, его губы были сильнее, властнее, чем тогда, а поцелуй слаще. Он захватил меня полностью. Сквозь дымку сладостного счастья я услышала шум за дверью.
— Ирбис? Ты тут? — Раздался где-то рядом зычный мужской голос.
— Черт, — Саймон подскочил на месте, — Садись на кровать.