...Каюсь в гордости, которая стала почвой этого самоволия. Я считал свое мнение правильным по умолчанию. Мне казалось, что я лучше вижу, лучше понимаю, лучше знаю, как должно быть. И когда рядом были люди – близкие, родные, даже те, кто желал мне добра, – я слушал их только до той границы, где они начинали не совпадать со мной. Дальше включалась защита: раздражение, холод, иногда даже презрение. Я не хотел уступать, потому что уступка казалась мне поражением. И так, защищая свое ”я”, я постепенно терял живую связь с людьми.
...Каюсь, что в этом упрямстве я остался один, даже находясь среди других. Потому что рядом со мной нельзя было дышать свободно. Все должно было быть ”правильно”, ”логично”, ”как я вижу”. Я не замечал, как в глазах близких появляется усталость, как исчезает простота, как слова становятся осторожными. Я думал, что строю порядок – а на деле разрушал доверие. И это одиночество, которое я сначала не замечал, потом стало тихо сжимать сердце...
Каюсь, что сопротивлялся Твоей воле, когда она входила в мою жизнь через боль, через неожиданность, через разрыв моих планов. Когда закрывались двери, я не искал смысла – я ломился в них. Когда приходили трудности, я не доверял – я возмущался. Мне казалось, что жизнь пошла ”неправильно”. Но теперь я вижу: неправильно было не то, что происходило – неправильно было мое отношение. Я не хотел принять, что Ты видишь дальше, чем я. Я не хотел довериться.
Каюсь, что пытался все контролировать... Я держал в напряжении не только себя, но и других. Мне казалось, что если я отпущу – все развалится. Я вмешивался, направлял, настаивал, удерживал. И за этим стоял страх – страх потерять управление, страх оказаться не у дел, страх, что жизнь пойдет без меня. Но этот контроль не давал мира. Он только усиливал тревогу и делал меня жестким. Я не умел быть рядом – я умел управлять.
Каюсь в гневе и раздражении, которые рождались из этой внутренней жесткости. Когда что-то шло не по-моему, я терял мир мгновенно. Внутри все закипало: слова становились резкими, взгляд – холодным, сердце – закрытым. Иногда я молчал, но это молчание было не миром, а напряжением. Иногда говорил – и ранил. И в эти моменты я ясно чувствовал: во мне нет Тебя.
...Есть только мое упрямое ”я”, которое защищает себя любой ценой...
Каюсь, что не слушал. Ни людей, ни совесть, ни Тебя. Мне казалось, что я ”сам разберусь”. Я боялся отпустить контроль, боялся довериться, боялся признать, что могу ошибаться. И в этом страхе я отталкивал помощь – тихую, живую, настоящую. Я закрывался в себе и называл это самостоятельностью. Но это была не сила – это была изоляция...
Каюсь, что не боролся с этим. Я видел в себе упрямство, но оправдывал его: ”характер”, ”принципы”, ”ответственность”. Я даже гордился этим – как будто это делало меня сильнее. Но на деле это делало меня жестче, холоднее, одинокее. Я не просил у Тебя смирения, потому что не хотел его. Я хотел остаться таким, какой есть – только чтобы все складывалось лучше...
...И вот теперь, Господи, я начинаю понимать: самоволие – это не свобода. Это замкнутый круг. Это жизнь, в которой все зависит от меня – и потому все тяжело. Это постоянное напряжение, в котором нет покоя. Это тюрьма, где я сам себе закон, судья и узник.
Но вместе с этим я чувствую: Ты не оставил меня. Ты не разрушил меня этой правдой – Ты открыл ее, чтобы спасти. Ты стоишь рядом не как обвинитель, а как Тот, Кто ждет, когда я отпущу...
Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня. Прости мое самоволие, мою гордость, мое упрямство. Прости, что я столько раз выбирал себя вместо Тебя.
Исцели мою волю – не сломай, а очисти. Научи меня не сопротивляться, а слышать. Не настаивать, а доверять. Не держать, а отпускать.
Дай мне мужество уступать – не из слабости, а из любви. Дай мне смирение принимать – не как поражение, а как путь. Дай мне опыт, в котором ”да будет воля Твоя” станет не словами, а дыханием моей жизни.
Я не умею этого. Но я хочу научиться.
И если раньше я говорил: ”пусть будет по-моему”, – то теперь, впервые по-настоящему, я хочу сказать:
Господи... пусть будет по-Твоему. И если в этом я потеряю себя – значит, наконец найду...
С балкона было видно, как в одном окне напротив кто-то смеется, в другом – гаснет свет, в третьем – просто стоит человек и смотрит в темноту.
Я постоял еще немного.