В этом плане мне, конечно, повезло, родители внуков от меня особо не требуют и, соответственно, про замужество моё нечасто спрашивают, но домой, ездить я всё же не люблю. Лучше уж моя семья ко мне, хотя родителям московский ритм и не по душе.
В такси девочки, а с Машей меня встречала моя подруга Юля, дали мне передохнуть от их восторга и привыкнуть к родным улицам и пейзажам. Дорога от аэропорта до дома заняла час, который Юля мило и еле слышно общалась с водителем такси, а Маша, сидела рядом, прижавшись к моему плечу.
Омск изменился. В лучшую, наверное, сторону, насколько я могу судить из окна, проносящегося по улицам, автомобиля, но этото город я точно помню другим…
И то, что я помню, связано, в том числе с Юлей.
С Юлей мы учились в одном классе, а потом и в одном институте.
После окончания института ещё и работать начинали в одной компании. Затем я уехала, а Юлька осталась, но она единственный человек, который и до сих пор знает про меня всё. Без исключения.
Всё, в том числе причину моего отъезда.
- Знаешь, Алён, это хорошо, что ты приехала… может быть нам как раз удастся всё решить. Есть тут у меня одна информация интересная…
Эту фразу шепнула мне Юлька, когда мы поднимались в родительскую квартиру, поэтому наобнимавшись с родителями, проводив Машку домой к жениху, мы уединились в моей комнате.
- Давай, рассказывай, родители пусть поспят, с завтрашнего дня я побуду с ними.
Моя комната мне очень нравилась, два небольших дивана, расположенных друг напротив друга, красный и нежно-розовый, узкий письменный стол у окна, шкаф-купе напротив, рядом с ним дверь в комнату и шкаф для книг слева в углу. Приятные глазу бумажные обои серого цвета, белый потолок, белый ламинат на полу и черная люстра с черными бра.
Три года назад я уезжала из Омска не потому, что хотела какой-то другой, лучшей жизни. Просто на тот момент я встречалась с Олегом Войтовым. Олег из семьи врачей, но не пошел по их стопам, а поступил в технический вуз на программиста, в котором мы с Юлей и учились. Он желал построить карьеру, начать зарабатывать достойные деньги, перестать зависеть от родителей и уехать из города. Забегая вперёд скажу, что я будучи влюблённой дурочкой, желала того же, а в моей карте желаний было написано «Выйти замуж и уехать из Омска».
Как дела у Олега не знаю, а моя мечта сбылась, тогда, когда мне уже совсем не нужен был другой город.
Ну, как «не знаю»… Олег, как программист, любил всю электронику. В какой-то момент Олег полюбил и автоматы. Игровые автоматы. Попросту «подсел». Выигрывал, но чаще спускал деньги. Впрочем, это совсем не мешало ему верить в то, что его большой куш впереди.
Я полагала, что денег у пары студентов не бывает много и не видела как хорошие суммы за халтурку с компами тратились на азартные игры, а жили мы, в основном, на деньги моих и Олега родителей.
Чем дольше играешь, тем дальше ты в своей зависимости, и тем больше ставки и проблемы.
Мы готовились к свадьбе, пока одним из вечеров Олег, придя домой, не заявил, что проиграл меня.
2 глава
Звучит как бред. Да и, по сути, тоже бред. Ну, как вообще можно проиграть человека? В наше время даже корову не проиграешь, но оказалось, что это вполне реально.
И даже, если представить, что это возможно, то любой нормальный и здравомыслящий человек испугается и начнёт докапываться до сути. Наверное…
Но я видимо не относилась тогда ни к нормальным, ни к здравомыслящим…
Помню только, как я в один миг повзрослела. Стою посреди съемной квартиры, передо мной на диване Олег с понурой головой и оба мы молчим.
Минут через пять, где-то до 300 в тишине можно было досчитать в уме, я вытащила из заднего кармана домашних джинс сотовый, набрала Юльку и попросила её прийти.
Затем набрала родителей Олега и попросила их приехать, заверив, что все живы и всё в порядке, но у нас с их сыном есть новость и нужно поговорить…
Звонила, а сама так и стояла, не сдвинувшись с места.
Наверное, будучи в розовых очках и не зная об увлечениях Олега, я, тем не менее, где-то глубоко, на подсознательном уровне всё понимала и что страшно – принимала. Это объясняет то, почему я ему поверила. Поверила сразу и безоговорочно, как только он сказал «Лена, я тебя проиграл».
О том, что человек не банкнота, что его нельзя проиграть, купить, продать я тогда и не подумала. Ну то есть, когда я отошла от шока, эта мысль была моей защитной реакцией, а конкретно в тот момент - нет. Забавно, что я зачастую говорила себе «Реальность может быть самой невероятной». Вот в невероятной реальности я тогда и оказалась.