– Теперь вам требуется постельный режим семь дней. У вас поднимется температура примерно до 38 градусов, не выше, никакие лекарства не потребуются. После этого вы можете приступить к работе, эликсир начнет действовать через десять дней. Возможна сильная диспепсия – понос, это будут выводиться из вашего организма вредные вещества и накопления, в том числе и жировые. В течение года ваш организм придет в нормальное состояние, все органы будут здоровыми и функционировать на сто процентов.
– А что насчет онкологии? Она-то пройдет? – неуверенно спросил Просторов.
– Да, как раз за первый месяц она вся будет выведена из вашего организма.
– Спасибо доктор, я, пожалуй, пойду, – Просторов вышел из кабинета.
– Олег, у меня есть пара больных онкологией, уже последняя стадия, надо бы попробовать их вылечить, – предложила Ольга, когда Просторов вышел из кабинета. – Чтобы знать, до каких пор мы можем ее излечивать.
– Хорошо, я поговорю с Виктором, он кровь свою дает, сама знаешь, – согласился Олег.
Поскольку Виктор был на работе, Олег поднялся к нему в лабораторию. Виктор что-то набирал на компьютере, ему выделили для его лаборатории помещение с отдельным кабинетом. Виктор смотрел на экран компьютера, положив пальцы на сенсорную клавиатуру, на экране потоком шел текст – для Олега сплошная абракадабра.
– Виктор, нам стоит попробовать излечить рак на последней стадии, чтобы знать границы наших возможностей, – предложил он.
– Согласен, пробуйте, кровь я дам. Но лучше будет сделать прямую инъекцию в вену – у меня возьмете кубик крови и введете больному в вену.
– А как же совместимость? – озадачился Олег.
– Не волнуйтесь, в таких малых количествах это просто лекарство, растворится незаметно. К тому же, у меня первая группа крови – всем подходит.
– Ну да, – согласился Олег. – Пойду сообщу Ольге, чтобы привела сюда своих больных.
– Ведите, а то я завтра планирую снова в командировку лететь, – сообщил Виктор.
– Можно я с твоего телефона позвоню? – спросил Олег.
– Звони, – Виктор подвинул аппарат Олегу.
– Ольга, бери пару шприцов и поднимись в кабинет к Виктору. Что? А... Хорошо, попробую.
– Виктор, Ольга настаивает, чтобы ты спустился в медицинский кабинет – требуется стерильность для взятия крови и создания инъекции, – сообщил Олег.
– Ну, надо так надо, – Виктор оторвался от компьютера, и они спустились в медицинский кабинет.
Ольга стерильным шприцем взяла кровь у Виктора из его пальца с иглой, после этого вылила ее в бутылочку, наполовину наполненном каким-то раствором.
– Чем разбавляете? – спросил Виктор.
– Физраствором с гепарином для разжижения крови, чтобы она не свернулась, – ответила Ольга.
Виктор попрощался с врачами и ушел к себе.
– Приглашать таких больных сюда как-то не с руки, – задумался Олег.
– Конечно, к ним поедем! – категорично заявила Ольга. – Сейчас приготовлю медицинскую сумку с инъекциями и поедем – адреса я их помню, они не далеко от Приборного завода живут. Мы попросим их не говорить об этой инъекции в случае успеха лечения.
– Ну ладно, сами поедем, – согласился Олег.
Через пару часов они вернулись в медицинский кабинет, сделав инъекции больным раком. Теперь им оставалось только ждать результата.
Спустя месяц, после праздника Первого мая, они вновь посетили этих больных. Им стало гораздо лучше, чего не ожидали их родственники и лечащие врачи. Их уже не мучили непрерывные боли, появился аппетит, правда, мучил почти непрерывный понос с кровью. Но родственников это не беспокоило – они и так ожидали скорой смерти больных. Через два месяца у больных настолько улучшилось самочувствие, что они смогли обслуживать себя самостоятельно, даже на прогулки стали ходить.
Врачи в Томске продолжали наблюдение за вылеченными онкологическими больными. Можно сказать, что ситуация с этими онкологическими больными изменилась до неузнаваемости. Через три месяца врачи провели обследование – их радовало протекание болезни. На их удивление, исследовав гистологию, онкологии они не обнаружили. Имелись остаточные следы от опухолей, которые интенсивно рассасывались организмом.
– Олег, ты представляешь, чего мы добились?! Нам светит Нобелевская премия! – восторгалась Ольга.
– Ну да, ты свою кровь как лекарство будешь патентовать? – со скепсисом спросил Олег.
– Ах, да… – огорчилась Ольга. – Это пока не пригодно для массового использования. Но мы можем хотя бы ограниченный круг людей лечить! Они такие же больные, рак не знает, что такое чины и должности! Губит всех подряд! А там, со временем, и до простых людей эти препараты дойдут, – подытожила она.