Но вот во всем остальном студенческая жизнь не получалась. Первая же вечеринка на ноябрьские праздники в общаге мединститута выявила проблему. Как это обычно происходит, во время вечеринки студенты разбились на пары, Вику окучивал Андрей Черпаков Девушка была очень даже не против. Они целовались в рекреации, он щупал ее груди, Вика слабо сопротивлялась – это же все по-взрослому, надо привыкать. Но потом, когда Андрей полез ей под юбку, Вика испугалась. Она была еще не готова так быстро взрослеть, намекнула парню, что тот слишком торопится.
– Так ты девочка еще? – удивился Андрей. – Тогда, конечно, спешить не будем, – сказал он и предложил пойти в комнату, продолжить гулять.
Они вернулись, и через пять минут Андрей уже окучивал другую девочку из группы, а через десять минут они удалились. Болтая с девчонками, Вика с разочарованием наблюдала за этим и узнала – с еще большим разочарованием, – куда они удаляются.
– Да потрахаться! – засмеялась Люда, ее сокурсница. – Этим кобелям только одно надо!
– А что, они уже не девочки? – удивленно спросила Вика про одногруппниц.
– А ты что, еще девочка? – удивилась в свою очередь Люда.
– Ну да, – Вика слегка покраснела, хотя по идее краснеть надо было недевочкам.
– Ну жди своего принца, – усмехнулась Люда, – а мы будем получать удовольствия здесь и сейчас!
И нтерлюдия
Тем временем в КГБ майор Семенов продолжал работать над оперативным делом «Ангел возмездия». К нему пришли данные по опросам негласных агентов и осведомителей по опознанию жертвы преступления. Один из них опознал в ней абитуриентку-студентку мединститута, видел ее там или похожую на нее девушку, подробностей не было. Майор задумался, надо искать дальше – зацепка есть. И полученные данные, что это первый курс, очень помогут – уже проще найти ее будет. Пора было привлечь свидетельницу Кузовлеву – она ее точно сможет опознать. Майор выяснил, где постоянно проводятся занятия первых курсов, и поехал к свидетельнице. С ней он быстро договорился – пусть поработает месяц гардеробщицей в мединституте, а если понравится, может оставаться там и дальше работать. Взял с нее подписку о работе на КГБ – теперь она стала официальным агентом. Через две недели Кузовлева вышла на работу гардеробщицей, теперь ему только оставалось ждать, когда она обнаружит жертву и опознает ее.
Через месяц Кузовлева позвонила майору и сообщила, что она опознала в одной студентке потерпевшую от маньяка девушку. Это Виктория Петровна Васечкина из группы 84-3.
– К ней подружка обратилась: «Васькина, дай списать конспект!», а та ей ответила строго: «Запомните Плутовкина, я Васечкина Виктория Петровна!» – дословно передала гардеробщица.
– Так, вы сделали свое дело, больше никаких попыток установить контакт не предпринимайте. Возможно, возле вас будут делиться своими секретами студенты – докладывайте мне все, что касается Васечкиной. Ну и все остальное на ваше усмотрение, – приказал майор своему агенту.
А сам начал разрабатывать план вербовки Васечкиной – материалы об убийстве маньяка имеются, свидетель тоже, а что труп не найден – так она же об этом не знает!
От планов по вербовке нового агента майора оторвал звонок непосредственного начальника. Ему приказали отбыть в командировку на Кавказ для помощи местным отделам КГБ – там стало очень неспокойно.
Рожкин
Гена Рожкин закончил работу вовремя, что для него было не характерно, обычно приходилось задерживаться на два-три часа, чтобы закончить все дела на участке, где он работал мастером. Он сел на автобус, полчаса стоял сдавленный телами других пассажиров, минут десять ехал в относительно просторном салоне. Вышел на своей остановке, перешел дорогу по пешеходному переходу, то и дело оглядываясь – не хотелось еще раз пробить забор у Ольги. Подошел к калитке дома Ольги, нажал кнопку звонка. Залаял Мухтар, очень яростно.
– Обиделся на меня, наверное, – подумал Гена.
– Здравствуйте, – поздоровалась Ольга, открыв калитку. Она радостно улыбнулась, увидев Геннадия.
– Здравствуйте, Ольга! Я принес ваш костюм и готов починить забор, – сразу обозначил свои намерения Гена.
– Проходите, – пригласила Ольга.
Мухтар, увидев Гену, ретировался в будку, повизгивая.