Послушно шествуя за Мальварой, я и не заметила, как мы оказались в маленькой комнате, пахнущей теми самыми опавшими иголками, что провожали меня своим шуршанием. Скромная обстановка включала в себя кровать, стол со стулом, небольшой шкаф с зеркалом. Комната не казалась сырой, и уж точно в ней не было запаха сырости, но между камнями на стенах то и дело проглядывал мох. Тёмно-зелёный настоящий мох. Ещё одна дверь вела в моё помещение для омовений.
"Это твоя комната, там уборная, устраивайся. Ужин в 7, не опаздывай, обучение мастерству начнется за вечерней трапезой. А до вечера будь здесь, по коридорам не шастай и не шуми," с этими словами Мальвара прищурила свои глазки и окинула меня совсем недобрым взглядом с ног до головы, удалилась."
Я разобрала свою сумку быстро, села на кровать и попыталась унять бешеный забег сердца. Мне всё еще не верилось, что я здесь. Тихий стук в дверь прервал мою попытку успокоения.
"Войдите," - также тихо сказала я.
В дверь вошел высокого роста мужчина, с тонкими и, возможно, резкими чертами лица, частично скрытыми волнистыми прядями, с глазами цвета большой воды. Он вошел в комнату, слегка постукивая тонкой резной тростью.
"Нэд Дэвв Гарх, второй Хранитель, к вашим услугам. Полагаю, вы приняты к нам по Определению. Осмелюсь уточнить, собственное решение или матушка настояла?"
"Собственное, нэд Дэвв Гарх."
Мужчина подошел к столу, куда я положила свой фолиант Неопределившегося. Бесцеремонно перелистнул страницы, взял его в руки, понюхал и, вернув на стол, прошептал.
"Страницы могут рассказать намного больше, чем на них написано. Часто читали при свечах?" - вернув фолиант на стол, спросил нэд.
Я улыбнулась, бережно провела пальцами по обложке.
"Мне всегда нравилось его нюхать, но я не замечала запаха воска."
"За ужином не нюхайте носиком, включите 7 чувство, если хотите тут остаться. Мое почтение, нэдди."
С этими словами он вышел за дверь, тихонько прикрыв ее за собой. Я так и осталась вопросительно смотреть на закрытую дверь.
Просто сидеть и ждать, когда за мной придут на ужин, я не могла. Нетерпение и жажда знаний тянули меня в коридор. Но тут уже без стука кто-то приоткрыл мою дверь, медленно - медленно. А потом в проеме появилось лицо. Только значительно ниже, чем я его ожидала увидеть.
"Фуф, напугала. Что смотришь так, молча? Не могла предупредить чтоль?" - поднимаясь с колен, обвиняла меня в чем-то пухленькая краснощекая блондинка в розовом кружевном платье с бабочками и цветами на локонах.
"Я Айлири Дэлишь, а ты немая что ли? Ну да, так тебе только сюда дорога, тишину не нарушишь." - не унималась краснощечка.
"Не обязательно быть немой, достаточно не шуметь. А о чем я тебя предупредить должна?"
"О, говоришь значит, ну тем лучше. У тебя что-нибудь перекусить есть, кушать хочется, что сил нет," - Айлири уже не дожидаясь ответа и не ответив на мой вопрос, просматривала мою комнату, не найдя ничего съедобного, надула губки.
"У меня яблоки есть, с нашего сада, будешь?" - я достала два яблока из сумки и протянула их Айлири.
"О, спасибо. А к тебе старый хрыч тоже заходил, странный такой? Зашел ко мне, фолиант Неопределившегося искал, а зачем он мне? Я уже определилась, буду себе сидеть, книжки на полках перекладывать. Сама так решила. И не указ мне папенька, и жениха врачевателя пусть тоже себе оставит. А я тут буду..."
"А ты чего по коридорам ходишь?"
"Я ж сказала, кушать захотелось. Трапезную искала, но запахов никаких. Только двух оболтусов встретила, тоже из наших," - с полным ртом рассказывала моя новая знакомая, дожевывая уже второе яблоко.
"Из наших? Это из определившихся? Значит нас, четверо…" - больше для себя подытожила я. Это удивило меня, но и напугало. Что если из четверых оставят только одного, "если хочешь остаться" - кажется так сказал нэд Дэвв Гарх.
"Пока четверо", - услышала я фразу из коридора, а потом моя дверь вновь распахнулась. На пороге появились два парня, абсолютно одинаковых. Накрахмаленные белоснежные рубахи, сюртуки цвета вороньего крыла и аромат, дорогой, изысканный, мужской аромат. Оба высокие, темноволосые, с надменным взглядом темных глаз. Высокородные, без сомнения.
"На что надеетесь, тщедушные?" - каждое слово он пропитал презрением и медленно осмотрел Айлири от туфелек до макушки. В это же время второй смотрел на меня в упор и под этим взглядом стало даже как-то холодно, захотелось сжаться. Но я постаралась ответить таким же тоном, хотя кажется, это плохо получилось.