Но внутри она знала, что никогда не будет правильной леди, как леди других великих домов.
Селена пошла наверх, миновала гостиную, сестра встретилась ей и спускалась в пещеры. Они переглянулись, но ничего не сказали.
Селена остаток дня провела в библиотеке одна. Дождь тихо постукивал по окну, весенний дождь накрыл горные вершины. Она подтянула ноги под платье, устроилась удобнее в кресле у окна с книгой в руке. Библиотека дома Рейвенвуд была не такой большой и впечатляющей, как в других домах, особенно, в доме Вивек, но тут было несколько редких книг, которые привез отец, когда женился на ее матери.
Книга в ее руках была меньше многих, в кожаной обложке и закрепленная длинным шнуром. Она развязала шнур, осторожно открыла книгу. Она была написана историком Вивека о великих домах. Люди семи наций когда-то были в империи Доминия, но добрались до этих земель. Тут описывалась генеалогия каждого дома до того, как империя напала. Интересно, но не то, чего она искала. Селена закрыла книгу и пошла к длинному ряду стеллажей. Она хотела знать, что за дары получил каждый дом и для чего. Но многие тайны домов тщательно оберегались, и шанс найти что-нибудь о домах был маленьким.
Но она искала.
Ужин прошел, и Селена снова была в темной свободной одежде с двойными мечами в ножнах на поясе, готовая к упражнению с матерью. Ночь сгустилась, замок стал тихими, но она переживала все сильнее, желудок сжимался, угрожая отказаться от того, что она смогла съесть за ужином.
Она прижала ладонь к животу и глубоко дышала, представляя, как запирает сердце в кедровый сундук.
«Не думай. Вдыхай. Не чувствуй. Выдыхай».
Селена закрыла глаза и представила людей в замке: слуг, стражей, семьи. Они нуждались в ней. Если бы не деньги, которые приносили Рейвенвуды, весь народ гор уже обнищал бы.
Все рассчитывали на нее. На ее дом. Ее народ.
Но разве не было другого способа?
Она сжала кулак и прижала его к животу, дышала.
Она повторяла мантру, пока луна, отчасти скрытая тучами, не показала, что пора идти. Она встретилась с мамой на первом этаже, и они отправились в комнаты слуг.
— Сегодня мы посетим мою служанку Агату. В этот раз ты войдешь в пейзаж сна одна и поищешь страхи Агаты. Некоторые страхи легко найти, они лежат открыто. Другие спрятаны во снах человека. Каждый раз, когда идешь на миссию, первой ночью нужно отыскать самый главный страх человека.
— А если я не найду его с первого раза? — прошептала Селена.
— Тогда отправишься еще раз. Ты не можешь создать кошмар, не зная, чего боится человек. Как только привыкнешь к пейзажу сна, тебе станет проще отыскивать тайны спящего.
— Ты сталкивалась с человеком, у которого не было страхов?
Ее мама замедлилась.
— Да, — тихо сказала она. — Один раз. У него был страх, но не такой, чтобы им можно было управлять. Только эту миссию я и провалила.
Селена хотела спросить, кто это был он, но знала, что ее мать не расскажет. Каждая миссия была тайной.
Свет появился в конце коридора. Ее мама указала на коридор сбоку, и Селена пошла за ней. Они ждали за двумя колоннами, отделяющими сад трав от замка, пока мимо проходил страж. Когда свет потускнел, ее мама вышла из-за колонны и заглянула за угол, а потом махнула Селене. Они отправились к покоям слуг и прошли в комнату Агаты.
Комната была такой же маленькой, как у Петура, но сильно отличалась. Домашний ковер украшал каменный пол, маленькое одеяло висело на стене слева. Свежие цветы стояли в глиняной вазе на столе под единственным окном. Угли сияли в камине у кровати.
Ее мать опустилась на колени у кровати.
— Я подожду тут, пока ты будешь исследовать пейзаж сна Агаты, — прошептала она. — А потом отыщу тебя и узнаю, что ты смогла раскрыть.
Селена посмотрела на Агату. Морщины покрывали лицо старушки, ее белые волосы напоминали овечью шерсть. Она похрапывала, пальцы подрагивали на выцветшем одеяле.
Агата была строгой, много раз яростно смотрела на Селену и Амару. Но она любила их мать больше жизни.
Ком в горле Селены не давал ей дышать. Зачем ее мать так поступала со своей верной служанкой? Они могли использовать дюжины других слуг. Или она так зачерствела, закрыв сердце, что утратила чувства?
Такой станет и Селена?
Селена провела ладонью по лицу, ее сердце колотилось в груди.
«Я не могу так. Я не хочу этого делать».
Но она помнила свой народ. Если она этого не сделает, то сделает Амара. Или Офелиана, когда подрастет.
Селена опустила руку и сжала кулак. У нее не было выбора. Запереть сердце. Ничего не ощущать. Выполнять работу.