— Никто не может сказать, что отец Доминик блистает. Порой он раздражает своих верных последователей.
Дамиен встал и поправил письмо, а потом аккуратно свернул его.
— Наверное, потому он мне и нравится. Он хочет дать всем шанс. Как в старых традициях Света.
— Точно.
Тэгис притих, Дамиен нанес воск на письмо и прижал к нему кольцо.
— Так я не могу убедить тебя взять больше людей?
Дамиен поднял письмо.
— Боюсь, нет. Мы будем путешествовать быстрее впятером.
Тэгис вздохнул.
— Ладно. Я займусь приготовлениями к путешествию.
— Я бы хотел отбыть до первого дня Урожая.
— Мы будем готовы.
Дамиен остановился перед Тэгисом по пути из кабинета.
— Спасибо, мой друг.
Тэгис поклонился.
* * *
Дамиен подошел к птичнику на вершине одной из башен. Тэгис мог не соглашаться со всеми его решениями, но когда все было обсуждено, Тэгис следовал. Было непросто слушаться приказов того, что был вдвое младше.
Дамиен провел рукой по волосам, поднимаясь по спиральной лестнице. Порой ему казалось, что он не справлялся. Он не успел научиться всему, что означало быть великим лордом, до смерти его отца. Тэгис давал советы, когда мог, но это было не тем. Только отец полностью нес бремя забот о доме Марис и его народе.
Его грудь сдавило. Он скучал по отцу, матери и Квинну. Он только подумал, что пережил это, но такие мелочи вызывали воспоминания, и сердце становилось тяжелее.
Дамиен добрался до вершины башни, где шестеро соколов ждали в круглой комнате с широкими открытыми окнами, каждая птица была обучена доставлять послания в один из великих домов. Свежее сено лежало на полу, старик стоял у одного из окон, двигал граблями сено под насестами.
— Руфус, есть письмо.
Старик выпрямился, повернулся с граблями в руках. Его седые волосы были собраны в короткий хвостик у шеи, его туника и штаны были в пятнах от работы и пота. Он был в длинной кожаной перчатке на правой руке.
— Милорд, — сказал он и склонил голову, опустил ладони на грабли. — Я не слышал, как вы вошли.
— Мне нужно было размять ноги, и я подумал, что доставлю письмо тебе лично.
Руфус поднял взгляд и улыбнулся.
— Куда отправляем ваше письмо?
— Дом Вивек, — Дамиен протянул свиток.
Руфус отставил грабли и потянулся за письмом.
— Соня готова к полету.
Дамиен нахмурился.
— Соня? Я думал, в дом Вивек письма носит Виктор.
— Милорд какое-то время не посещал птичник. Боюсь, Виктор умер прошлой весной. Но Соня была готова занять его место.
Дамиен огляделся. Руфус был прав, он давно не поднимался в башню. Он с теплом вспоминал, как в детстве взбегал по лестнице, чтобы посмотреть, как Руфус тренирует соколов. Порой Квинн поднимался с ним, кричал Дамиену подождать его.
Дамиен печально улыбнулся, его горло сдавило от воспоминаний. Свет, он скучал по Квинну. Его братишка был на три года младше, всегда таскался за Дамиеном. Порой он считал брата раздражающим, но почти все время был не против его общества.
Он отдал бы все, чтобы Квинн был сейчас с ним, хоть его вопросы не унимались.
— Все хорошо, милорд? — спросил Руфус.
Дамиен моргнул и вернулся в настоящее.
— Да. Просто задумался.
Руфус смотрел на него миг, кивнул себе и повернулся. Он потянулся к соколу на насесте слева от него. Другие встрепенулись, один полетел в другое окно, наверное, на поиски еды.
Соня была больше Виктора, она была прекрасна, с белой грудкой, темной головой и крыльями. Она терпеливо ждала, Руфус сложил письмо пополам, поместил в коробочку, пристегнутую к ее грудке. Он отошел, протянул правую руку в кожаной перчатке и тихо цокнул языком.
Соня спрыгнула с насеста на его руку. Он прошел к ближайшему окну и протянул руку. Он цокнул еще пару раз, и Сона полетела.
Дамиен подошел к Руфусу и смотрел, как Соня летела в небо, устремляясь на восток над кедрами, что тянулись на берегу.
— Она прекрасна, — прошептал он.
— Одна из лучших у меня, — ответил Руфус.
Дамиен смотрел, как птица пропадала вдали. Порой он гадал, каково быть птицей, без ответственности, кроме охоты и полетов. Для него птицы были свободой.
Но ему дали не такую жизнь. Он родился наследником дома Марис, и ему нужно было заботиться о его народе. Так что ему нужно было заговорить с другими домами на собрании о приближении империи. Он не знал, послушают ли они такого юного лорда, как он, но он должен был попробовать. Он не хотел увидеть еще одну войну с империей, как ту, что прошла сотни лет назад, чтобы еще один дом пал так, как Рейвенвуд.