Глава 16: Часть II. Смерть, пахнущая лавандой
Когда стук копыт окончательно смолк, поглощенный голодным воем метели, Кассиан опустился в кресло у камина. Огонь больше не грел. Драконье пламя внутри него, когда-то способное плавить гранит, теперь едва тлело, превращаясь в едкий дым.
Он закрыл глаза, и перед внутренним взором тут же всплыл её образ. Не та яростная Лиана с кинжалом у горла, а другая — та, которую он видел в редкие минуты её сна. Лиана, чьи ресницы подрагивали, как крылья мотылька. Лиана, которая пахла лавандой и горным ветром.
— Будь счастлива... — прошептал он, и его голос сорвался, превратившись в хрип.
Он вспомнил вкус её губ в ту единственную ночь, когда он позволил себе украсть у неё поцелуй, пока она спала. Это была его самая большая кража и его самое драгоценное сокровище. Сейчас он чувствовал через связь, как она отдаляется. С каждым милем, разделявшим их, в его груди словно проворачивали ржавый крюк.
Ревность — этот древний, ядовитый змей — подняла голову. Он представлял, как сейчас Рейнард касается её руки. Как он будет согревать её в пути. Как он будет смотреть в те глаза, которые для Кассиана всегда оставались холодными зеркалами ненависти.
— О боги... — Кассиан сжал подлокотники так, что дерево превратилось в труху. — Как же я хочу выжечь его из мира. Стереть в пепел саму мысль о том, что он коснется того, что принадлежит мне по праву крови и магии...
Но он тут же подавил этот порыв. Боль, пронзившая сердце, была настолько острой, что он едва не потерял сознание. И в этой боли он нашел странное, мазохистское утешение.
— Хорошо... — выдохнул он, и по его подбородку потекла струйка темной крови. — Пусть болит. Пусть разрывает.
Он был рад этой агонии. Она была его стражем. Пока он умирал, у него не было сил обернуться драконом, настичь их и вырвать Лиану из рук любовника. Его немощь была единственной гарантией её свободы. Он знал себя: будь он чуть сильнее, он бы не выдержал. Он бы разрушил горы, заслонил бы собой горизонт, но вернул бы её в золотую клетку, даже зная, что она зачахнет там от горя.
— Ты ненавидишь меня так сильно, что готова была умереть, — прошептал он, глядя на пустую комнату. — Так справедливо, что я умру, чтобы ты могла жить. Это честный обмен, Лиана. Моя жизнь за твой вздох.
Его сознание начало туманиться. Перед глазами поплыли пятна. Он видел их поместье. Видел Лиану — маленькую девочку, бегущую по саду. Он всегда был там, в тенях, оберегая её еще до того, как она узнала его имя. Она думала, что он пришел убивать, а он пришел спасать, но опоздал... вечно опаздывал.
— Я заслужил этот холод, — его голова бессильно упала на грудь. — За то, что не смог спасти твою улыбку. За то, что стал для тебя олицетворением кошмара.
В замке завыли волки. Слуги, слыша этот вой, крестились и запирались в каморках. Они знали: Король Севера уходит. Магия льда начала покидать стены, и по камням побежали трещины, похожие на слезы.
Кассиан сделал последний вдох, чувствуя, как лед окончательно сковывает его легкие. Он уходил в темноту с единственной мыслью: «Лиана теперь в тепле. Лиана далеко. Лиана свободна».
И в этом бесконечном страдании он был почти... счастлив.