Кассиан ушел на совет, и она решилась выйти из своих покоев. Она хотела увидеть мир, о котором он рассказывал с такой нежностью. Едва она переступила порог, стража вытянулась в струнку.
— Ваше Величество, — синхронно произнесли гвардейцы, склоняя головы в безупречном поклоне.
Всё было идеально. Слишком идеально. Лиана видела их почтительные позы, слышала их вежливые голоса, но её не покидало ощущение, что она идет по тонкому льду. В их глазах, когда они думали, что она не смотрит, сквозило нечто пугающее — смесь недоумения и скрытого презрения. Они подчинялись ей, потому что так приказал Король, но за этой дисциплиной скрывалась глухая обида за своего господина.
Она шла по коридору, и служанки, встречавшиеся ей на пути, приседали в глубоких реверансах.
— Желаете чего-нибудь, миледи? — мягко спросила одна из них, не поднимая глаз.
— Нет, спасибо, я просто гуляю, — ответила Лиана, стараясь улыбнуться.
Но едва она отошла на несколько шагов, как голоса за её спиной, не скрываемые более, долетели до её слуха. Слуги не кричали, они говорили тихо, но в этой тишине имена и факты жалили, как осы.
— Гляди-ка, какая кроткая стала. Видала её? — раздался резкий голос старой судомойки. — Плывет, точно лебедь. Глазки невинные, улыбочка кроткая. Тьфу! Противно смотреть.
— И не говори, — поддакнула другая. — А ведь еще неделю назад она ему в лицо плевала при всех. Кричала, что ненавидит, что лучше в петлю полезет, чем позволит ему коснуться себя. А теперь — глядите-ка! — амнезия у неё. Притворяется, будто не помнит, как жизнь из него выпивала по капле.
Лиана замерла, прижав руку к груди. Сердце забилось быстро и болезненно. Плевала в лицо? Ненавидела?
— А господин наш? — послышался горький смешок. — Стыд и позор. Великий Король Севера, дракон, перед которым горы дрожат... Приполз к ней на пузе, как побитая собака, стоит ей только пальцем поманить. Забыл всё: и её измены, и её кинжалы. Она из него веревки вьет, делает вид, что всё нормально, а он и рад обманываться. Тряпка, а не король, когда дело до этой девки доходит.