— Кассиан! — Она бросилась к его кровати и упала на колени рядом, хватая его за горячие руки. — Я здесь! Я рядом!
Кассиан резко сел, его взгляд был безумным, зрачки — расширенными. Увидев её, он не сразу понял, что это реальность. Ему казалось, что это очередное видение, призванное мучить его. Но тепло её ладоней было настоящим.
— Лиана? — Он тяжело дышал, пытаясь осознать, что он дома.
— Ты кричал... Тебе было так больно, — прошептала она, её глаза наполнились слезами страха за него. Она потянулась и нежно коснулась его лица, стирая капли пота. — Это был сон, Кассиан. Просто страшный сон.
Он смотрел на неё — встревоженную, босую, прибежавшую к своему «врагу» в одних сорочках, чтобы утешить. Его мука достигла предела. Он понимал, что окружил её роскошью не ради неё, а ради себя. Чтобы задобрить свою совесть. Чтобы купить еще один день её любви. Каждое подаренное колье было попыткой укрепить стены её золотой клетки. Каждое нежное слово — новым слоем пыли на её памяти.
— Прости меня, — выдохнул он, утыкаясь лицом в её ладони.
— За что? Тебе не за что просить прощения, мой Король, — она ласково погладила его по волосам, успокаивая, как ребенка. — Позволь мне остаться, пока ты не уснешь. Я просто посижу рядом.
Кассиан закрыл глаза, чувствуя, как его сердце обливается кровью. Она утешала человека, который уничтожил её мир. Он позволил ей остаться, жадно впитывая её присутствие, зная, что это счастье — ворованное, и расплата за него будет страшной.
Утро выдалось туманным. Лиана сидела у себя в покоях, бездумно помешивая остывший чай. Образ Кассиана — содрогающегося от невидимой боли, выкрикивающего её имя с таким отчаянием, будто он терял её навсегда — не шел у неё из головы.
«Почему?» — этот вопрос пульсировал в висках. Если они были так счастливы, если их связь — дар богов, то какая тьма может так терзать его душу? Она твердо решила: она найдет способ исцелить его. Если он скрывает свою боль, чтобы не тревожить её, она сама найдет лекарство.
Она начала с малого. Когда в комнату вошла старая горничная Эльза, чтобы поправить постель, Лиана нарочно оставила на столе шкатулку с драгоценностями.
— Эльза, — мягко позвала она. — Кассиан сегодня снова плохо спал. Он звал меня во сне... Скажи, он всегда был таким беспокойным? До того, как я... заболела?
Горничная замерла, её руки на простынях на мгновение одеревенели. Она не поднимала глаз, сосредоточенно разглаживая несуществующую складку.
— Господин всегда был суров, миледи, — голос Эльзы был сухим. — Но раньше... раньше в замке было... это... тише.
— Тише? — Лиана подалась вперед. — Ты имеешь в виду, мы редко ссорились? Кассиан говорит, что мы были неразлучны. Расскажи мне о самом счастливом дне нашего прошлого. Может, если я услышу об этом, я смогу напомнить ему, и кошмары уйдут?
Эльза наконец подняла взгляд, и Лиана вздрогнула. В глазах старухи не было умиления. Там была странная, колючая смесь жалости и чего-то похожего на страх. Горничная открыла рот, её губы задрожали, но в этот момент в коридоре послышался тяжелый шаг гвардейца.
Эльза тут же сжалась.
— Простите, миледи, мне некогда болтать. Управляющий строго следит за порядком. Спросите лучше Его Величество, он помнит... лучше нашего.
Она почти бегом выскочила из комнаты, оставив Лиану в недоумении.
Весь день Лиана пыталась поймать хоть кого-то из челяди. Она заговаривала с садовником, расспрашивала поварят, но стоило ей задать вопрос об их жизни с Кассианом до её падения, как люди менялись в лице. Они мнулись, прятали глаза, начинали фразу и тут же обрывали её на полуслове, ссылаясь на срочные дела.
— Все они словно по сценарию говорят, — прошептала Лиана, стоя в пустой галерее. — Или по приказу.
Её осенило. Это не было забывчивостью слуг. Это было оцепенение. Они боялись. Боялись не её, а того, что правда может сорваться с их языка.
«Они мне врут, — осознала она, и холодная волна пробежала по спине. — Все вокруг, от последнего конюха до самого Кассиана, плетут вокруг меня кокон из тишины».
В этот момент в дверях появился Кассиан. Он выглядел безупречно — величественный, в черном камзоле с серебряным шитьем, но под его глазами залегли тени после бессонной ночи.
— Лиана? Почему ты здесь одна? — он подошел и накрыл её плечи своей тяжелой, теплой ладонью. — Я искал тебя. У меня есть сюрприз. Повара приготовили десерт по рецепту из твоих... южных земель.
Он улыбался ей так нежно, что Лиане на секунду захотелось забыть о своих подозрениях. Но в голове всё еще звучало испуганное молчание слуг.
— Кассиан, — она посмотрела ему прямо в глаза, — почему никто в этом замке не может рассказать мне ни одной истории о нас? Обычной истории. О том, как мы гуляли или о чем спорили. Почему они все разбегаются, стоит мне открыть рот?
Улыбка Кассиана не дрогнула, но Лиана почувствовала через их связь, как его сердце на мгновение пропустило удар. Магия вокруг него на секунду стала колючей, как иней.
— Глупые суеверия, любимая, — он притянул её к себе, целуя в висок. — Они боятся сглазить твоё выздоровление. Слуги просты и невежественны. Слушай своё сердце. Разве оно может лгать?
Он обнимал её так крепко, будто пытался заглушить её мысли. Лиана прижалась к его груди, слушая мерный стук его сердца. Оно билось часто и сильно. Но теперь она знала точно: в этом замке у правды есть цена, и Кассиан платит её каждый день, чтобы она оставалась в неведении.