— Собаки… — выдохнул я.
— Это… — женщина шагнула вперед, посмотрела на меня с достоинством. Ее английский был ломаным, но понятным. — Собаки мои. Я держу. Хорошие. Сильные. Работать могут.
— Это жена Скукума, — пояснил Сокол. — Зовут… Как по-вашему… Снежинка.
Я смотрел на нее. Жена Скукума. Тагишка. И у нее… две дюжины лаек? Двадцать четыре собаки⁈ Это же… это две полноценные упряжки! То, что мне было так нужно для зимних перевозок!
— Снежинка, — сказал я. — Я… Итон Уайт. Друг вашего мужа. Он сейчас… в походе. Ищет золото.
Она кивнула. Видимо, знала.
— Ваши собаки… — я снова посмотрел на лаек. Они были великолепны. Чистокровные северные псы. — Я… хочу их купить. Всех.
Женщина посмотрела на меня с удивлением. Затем — на собак.
— Все? Зачем все?
— Я понимаю, — быстро сказал я. — Но мне нужны собаки для работы зимой. Перевозить грузы. Почту. Людей. Это очень важно. Я заплачу хорошую цену. Очень хорошую.
Начался торг. Недолгий. Снежинка не была жадной, но она ценила свой труд, своих собак. Мы сошлись на сумме. Немаленькой, но вполне приемлемой за такое сокровище. Я отвесил золотые самородки из своего мешочка. Снежинка взяла их, внимательно рассмотрела. Глаза ее блеснули. Видимо, золото из Небесного озера было в цене у тагишей.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Можешь взять. Все. Собаки… послушные. Но… ты умеешь? Запрягат? Водить?
Я замялся. Тагиши начали собирать свои чумы. Или яранги? К ним тут же подскочил Коллинз, начал зазывать к себе в палатку.
— Нет, — честно ответил я. — Не умею.
Она посмотрела на меня, и в ее глазах я увидел… вызов. И интерес.
— Я научу, — сказала Снежинка. — Если хочешь. Пока мой муж не вернется.
— Хочу! — воскликнул я. — Очень хочу! И заплачу за обучение.
Она отрицательно покачала головой.
— Нет. Платить не надо. За друга мужа. Вечером приходи знакомится с нашим вождем.
Я почувствовал теплоту в душе.
Мы помогли баннокам разгрузить мясо. Часть тут же отправили в коптильню, часть — в ледник. Это был большой запас, который позволит нам пережить первые месяцы зимы. Снежинка и ее племя закончили разбивать временный лагерь неподалеку. Я сходил познакомился с пожилым вождем по имени Гайвата — Тот кто создает реку — выкурили с ним трубку мира. Кашлял я на весь чум, но докурил. Договорились о том, что тагиши помогут Артуру с рыбалкой, пока я учусь обращаться с собаками. Взамен заберут себе часть улова.
И тут же, по окончанию высоких переговоров, заказал вторую псарню староверам. Будем расширяться!
На следующий день Снежинка начала меня учить. Первым делом — знакомство с собаками. Они были разные — по размеру, по характеру. Но все сильные, мускулистые. Она показывала, как правильно надевать упряжь, как распределять собак в упряжке. Слабые особи и молодые идут первыми, лидер в конце, покусывая и рыча на отстающих. Запрягают всех цугом, попарно или «елкой». Кормят собак один раз в день, вечером. Можно давать не только мясо, но и замороженную рыбу. Лосось идет на ура.
Стандартная ездовая упряжка включает шесть-семь собак. За двенадцать часов такая команда способна преодолеть до ста километров. На собак надевают специальные шлейки, которые крепятся к центральному ремню — потягу. При езде по льду на лапы надевают кожаные «ботинки», слегка фиксируя их у запястий.
Потом я изучил управление. Снежинка показала мне нарты — легкие, прочные сани. И мы даже покатали их по траве. Объяснила команды. «Ха!» — направо. «Гит!» — налево. «Муш!» — вперед. «Хо!» — стоп. Сначала тренировались без нарты, просто с упряжкой и собаками. Было смешно и неловко. Собаки не слушались меня, тянули куда хотели, запутывали постромки. Снежинка терпеливо поправляла меня, показывала. Артур наблюдал, похахатывая.
— Нелегко, дядя Итон? — поддразнивал он.
— Молчи, Корбетт! — отмахивался я — Сейчас сам попробуешь и поймешь.
Но постепенно начало получаться. Собаки, почувствовав мою уверенность (или просто устав от моих ошибок), стали слушаться лучше. Я учился чувствовать упряжку, собак, их настроение. Это было тяжело, но увлекательно.
Прошло несколько дней. Я уже мог самостоятельно запрячь упряжку из дюжины собак и проехать на нартах несколько десятков ярдов по берегу, не перевернувшись. Научился пользоваться шестом для поворотов. Снежинка хвалила меня — «Быстро учишься!».
Утром, едва рассвело, я вышел из салуна. Было прохладно, по берегу стелился легкий туман. Я собирался на тренировку с собаками.
И тут услышал крики. С берега Юкона. Громкие, встревоженные голоса староверов.