Лера еле сдерживалась, чтобы не дать сыну подзатыльник:
— Ну что за идиот!
— Но лот мой почти сразу же сняли, — оправдывался Эрик. — Ещё и пошутили: как бы нужно разрешение вышестоящих инстанций.
В комнате нависла пауза. Эрик сосредоточенно крутил в руках угол кружевной скатерти, остальные выжидающе смотрели на него.
— И? — нетерпеливо произнёс наконец Леший.
— А чего «и»? — завёлся Эрик. — Пришло мне электронное письмо, где солидная компания предлагала деньги за мою душу.
— Что за организация и сколько денег предлагала?
— Называется финансовая компания «Контора». Денег столько, сколько я захочу. Так и указано: «на жизнь».
— Балбес! — всхлипнула Лера.
— И как сия акция происходила? — полюбопытствовал Леший.
— Прислали контракт, — сказал Эрик, и в комнате опять воцарилась тишина, в которой слышались всхлипывания Леры.
— И? — опять спросил Леший.
— Ну, чего опять «и»? Ещё анкету прислали. Там всякие вопросы, типа, даю ли я деньги всяким там старушкам, которые просят, или бомжам. Употребляю ли наркотики… Хожу ли в Макдональдс... Про фирму Найк ещё спрашиваю — ношу ли. И ещё другие некоторые.
— А ты? — Лера взяла себя в руки.
— А что я? Ответил...
Пауза. Вся честная компания снова внимательно и выжидающе смотрела на Эрика. Первым опять не выдержал Леший:
— Эрик, я опять вынужден спросить — «и»?
— Подписал контракт, — буркнул мальчик. — И мне пришла посылка. Открываю её, а там — деньги. И через неделю опять посылка...
— За что деньги-то, идиот? — взвизгнула Лера.
— Я думаю за эту… за душу мою. Только… — мужественно державшийся Эрик начал всхлипывать, — обратно хочу. Чтобы денег этих больше не приходило. И зачеркнуть то, что подписал. Потому что я боюсь.
Соня шумно выдохнула и только тут поняла, что за все время беседы она сидела, затаив дыхание. Эрик, неловко переминаясь с ноги на ногу, вопросительно и с надеждой посмотрел на взрослых, и прошептал:
— Можно я того... Пойду уже?
Ему было очень неловко и страшно, но в голосе чувствовалось так же и некоторое облегчение от того, что часть своего страха он переложил на их плечи. Главным образом, он надеялся на Лешего и сейчас смотрел на него в упор и обращался, в основном, к нему. Леший кивнул, и долговязый мальчишка со всех ног бросился к выходу. Лера тяжело поднялась со стула, словно на её плечах лежал груз ситуации, которая в данный момент ей казалась неразрешимой, направилась к порогу, но остановилась, пытаясь что-то сказать и Лешему, и Соне одновременно:
— Он же у меня прекрасный мальчик, —обратилась она, главным образом, к Соне. — Надежда школы. У него исключительные математические способности. Он с девочкой недавно по интернету познакомился. Они на Олимпиаде математической договорились встретиться. И как его чёрт попутал? Помогите нам, очень вас прошу.
Леший кивнул:
— Я знаю Эрика, Лера. Вам совсем не нужно так уговаривать, чтобы мы помогли.
В глазах Леры появилась надежда:
— А вам разрешат? Вы же...
Леший твёрдо оборвал её:
— Я помогу вам.
— Скажите честно, а это, — выдохнула Лера. — Это действительно что-то страшное?
— Конечно, лучше бы ему в это не ввязываться, — Леший ответил задумчиво и серьёзно.
Когда гости ушли, Соня ещё некоторое время молчала, следя за Лешим, который из угла в угол мерил комнату шагами. Она чувствовала издалека, что он очень расстроен, хотя и не обнаружил это при посетителях. Потом у Сони забурчало в животе, и она почувствовала невыносимо острое чувство голода, уже знакомое ей по прошлому полёту. Леший тоже услышал, вспомнил про неё, словно очнувшись от своих невесёлых мыслей, улыбнулся. Тут же поставил на стол корзинку с пирожками и большую розетку с густой, белой сметаной.
Пока Соня за обе щеки уплетала картофельные горячие пирожки, окуная в прохладную сметану, Леший пояснял то, что гости рассказали ему до прихода Сони:
— Сначала ему это очень понравилось, потом, когда стал получать такую посылку с деньгами каждую неделю, он испугался. Все-таки Эрик мальчик умненький, он понял, что просто так ничего не бывает. Вот смотри, что я нашёл...
Леший протянул ей папку с бумагами. Соня вытерла масляные от пирожков руки о первую попавшуюся салфетку (кажется, салфетка предназначалась исключительно для красоты), схватила папку и начала читать:
«Пятнадцатого августа на автозаправке к женщине подошли двое хорошо одетых мужчин и начали задавать всевозможные вопросы — о её религии, финансовом положении и так далее, а, в конечном счёте, предложили ей «продать свою душу»...