Она поворачивается ко мне лицом, закусывая губу.
— Ты правда это имеешь в виду?
Я глажу её по щеке. Её кожа такая чертовски мягкая.
— Я всегда говорю то, что имею в виду.
Словно что-то внутри неё лопается от моих слов, её стены рушатся, когда она наклоняется, чтобы поцеловать меня. Сначала медленно, нежно, но голод быстро растёт, подогреваемый адреналином, всё ещё текущим по нашим венам.
Чарли отстёгивает ремень безопасности, чтобы развернуться ко мне. Её грудь поднимается и опускается, губы слегка приоткрыты. Она возбуждена. Я тоже.
Её мягкие губы и тепло её языка заставляют остальной мир исчезнуть. Мне всё равно на прошлое или будущее, только на здесь и сейчас и на то, как эта девушка заставляет меня чувствовать себя таким живым, чёрт возьми.
Мы отрываемся друг от друга как раз настолько, чтобы я схватил её за талию и перетащил через консоль к себе на колени. Я сжимаю её бёдра, когда мои губы снова врезаются в её в ещё одном жарком поцелуе. Она стонет мне в рот, её пальцы запутываются в моих волосах.
— Блядь, — бормочу я. — Я так сильно хочу тебя сейчас.
Она тянет за мою футболку, стягивая её через голову.
— Тогда возьми меня, — бормочет она в ответ.
Наши рты снова встречаются, и я уже засовываю руки под её толстовку, когда вспоминаю кое-что.
Я отрываюсь от её губ.
— Эй, помнишь наши чаты в приложении? Твою фантазию?
— Какую? Мы столько всего написали, что я… — Она замолкает, понимая. Её щёки становятся милейшего розового оттенка.
— Да, это та самая, — подтверждаю я. — Ты всё ещё хочешь?
Она стонет в ответ, и мне не нужно больше поощрений. Я открываю дверь машины и выхожу, поднимая её с собой. В гараже царит холод, но кто-то — Данте, полагаю — должно быть, работал здесь какое-то время с включёнными обогревателями, потому что в воздухе сохраняется тепло. Большое пространство едва освещено, подсвечено только голубоватым светом охранных фонарей.
Чарли прижимается своим телом к моему, её губы находят мою шею, когда я веду её к передней части машины.
— Прямо здесь? — спрашиваю я тихо, дразня. Но я уже знаю ответ.
— Прямо здесь.
Волна желания пронзает меня. Я укладываю её на капот, красный Ferrari поблёскивает под ней, когда она смотрит на меня снизу вверх, раскрасневшаяся и нуждающаяся. Когда я кладу руки по обе стороны от её тела, остывающий металл под моими ладонями — резкий контраст с жаром между нами. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать её, наши языки сплетаются, когда я подтягиваю её бёдра ближе к краю машины.
— Я так чертовски рад, что встретил тебя, — хриплю я между поцелуями, мой голос хриплый от желания.
Моя эрекция болезненно упирается в ширинку. Я не выпускаю её, потому что это пока не обо мне. Это о богине, распростёртой на капоте чёртова Ferrari, о девушке, чьи глаза горят от голода. Ко мне. Должно быть, я был очень хорошим мальчиком в другой жизни, чтобы эта дикая, великолепная, идеальная женщина смотрела на меня так.
Её дыхание перехватывает, когда я задираю её толстовку, открывая тонкий топ под ней. Я дёргаю топ, обнажая её голую, упругую грудь. Её соски мгновенно сморщиваются от прохладного воздуха, заставляя мой рот наполниться слюной.
Я целую свой путь вниз по её шее, мимо ключицы, пока наконец не достигаю этих восхитительных грудей. Когда я захватываю твёрдый сосок губами, она скулит, и я сосу этот напряжённый бутон, пока всё её тело не начинает дрожать. Затем я провожу языком к другому соску и уделяю ему такое же внимание. Она тяжело дышит к тому времени, когда я перестаю её дразнить.
Улыбаясь туману удовольствия в её глазах, я зацепляю пальцы за резинку её леггинсов, стягивая их с её длинных ног, опускаясь перед ней на колени.
— Бек… — выдыхает она, её голос дрожит от предвкушения.
Вид того, как она разложена, её чёрные волосы разметались по капоту машины, сводит меня с ума, блядь. Она так красива.
Я прижимаюсь губами к внутренней стороне её бедра, медленно продвигаясь вверх. Она начинает ёрзать, вцепляясь в край капота, когда я приближаюсь к месту, где я ей нужен больше всего, её дыхание вырывается короткими, отчаянными вздохами.
— О боже, — говорит она, когда я наконец достигаю её киски. — Пожалуйста.
Я усмехаюсь против её центра.
— Пожалуйста, что?
— Лижи меня.
Её не нужно просить дважды. Я зависим от её вкуса. Сладкого и терпкого и такого чертовски вкусного. Я провожу кончиком языка по её щели к отверстию, затем вонзаю его в неё. Её спина выгибается на капоте, и она вскрикивает, её руки летят к моим волосам, притягивая меня ближе.